Максим (tankoved34) wrote,
Максим
tankoved34

Category:

133-я танковая бригада. ч.9. Последние бои в составе 6-й армии, март - апрель 1942 г.

Дополнено и отредактировано 02.03.2021


Боевые действия 13-15 марта 1942 г.

Весь день 13 марта 1942 г. 253-я стрелковая дивизия оставалась в обороне на участке: роща южнее Дальней Шебелинки – высота 184,1 – хутор Травки, имея передовой отряд на северной окраине хутора Журавли [53, л. 202, 203]. Танки 1-го ТБ в течение дня оставались на исходных позициях в роще в 800 метрах северо-западнее высоты 208,5 [49, л. 563]. Сведений о 133-м мотострелковом батальоне за 13 марта пока что нет. В именном списке безвозвратных потерь 133-й ТБр за 13 марта числится 1 убитый (мотоциклист 133-го МСПБ старший сержант Петр Лемешков) [2].

С 7.00 14 марта 1-й танковый батальон в составе 11 танков (2 Т-34, 7 Т-60, 2 БТ) вышел на исходные позиции в районе высоты 184,1. С 7.30 133-й мотострелковый батальон был сменен со своего рубежа обороны и в 8.50 вместе с танками 1-го ТБ и стрелковым полком 253-й СД атаковал от хутора Травки на село Червона Горка (севернее совхоза Пятигорск) [50, л. 338]; [53, л. 210]. Атака оказалась неудачной из-за слабой видимости и сильного сопротивления противника [49, л. 563]. Продвижения части практически не имели. К исходу дня стрелковый полк 253-й СД одним батальоном лишь занял рощу к западу от Червона Горки [53, л. 210].

Гораздо успешнее оказалась соседняя 337-я стрелковая дивизия, которая с ротой танков КВ-1 92-го отдельного танкового батальона в 9.55 овладела совхозом Пятигорск и развила наступление на восток, на село Меловая [54, л. 141]. В 14.00 противник силами до батальона пехоты с 2 танками контратакой из лощины к юго-западу от высоты 162,5 вновь занял совхоз Пятигорск и отбросил пехоту 337-й СД на восточную опушку леса западнее совхоза [53, л. 210]. В 14.50 1-й танковый батальон получил задачу от командира 253-й СД контратаковать атакующего на Пятигорск противника с тыла. Всего в контратаку выступило 10 танков (2 Т-34, 6 Т-60, 2 БТ) 1-го ТБ с 3-й стрелковой ротой 133-го МСПБ и, вероятно, стрелковым полком 253-й СД. К 19.30 1-й танковый батальон отбил совхоз, после чего оставил для его удержания в расположении стрелкового полка 253-й СД 3 танка Т-60, а остальные танки с наступлением темноты отвел в Серафимовку для пополнения запасов и восстановления матчасти [50, л. 338]; [49, л. 563]; [53, л. 209].

Главные силы мотострелкового батальона на основании полученного в 16.00 приказа командира 253-й стрелковой дивизии до 22.00 без поддержки танков и пехоты дивизии безуспешно атаковали на село Копанка и лишь в 22.00 были выведены командиром бригады обратно в совхоз Пятигорск [49, л. 549].

Общие потери 133-й танковой бригады в бою 14 марта не известны. В именном списке безвозвратных потерь 133-й ТБр за 14 марта числится 1 убитый (зам. ком. роты 1-го ТБ лейтенант Алексей Максимов) [2].



Весь день 15 марта 1-й танковый батальон простоял на исходных позициях на западной опушке рощи южнее хутора Травки (ныне не существует, 2 км юго-западнее Червоной Горки) в ожидании нового наступления на Червону Горку совместно с 253-й стрелковой дивизией. Атака так и не состоялась, и с наступлением темноты танки возвратились в Серафимовку [49, л. 563].

В именном списке безвозвратных потерь 133-й ТБр за 15 марта числится:

1 погибший (стрелок красноармеец Иван Старков) (прим. – замерз);

2 пропавших без вести (стрелки красноармейцы Латы Курбанов, Мухаметкули Худайназаров) [2].

В целом до 20 марта 1942 г. 133-я танковая бригада провела ориентировочно 9 дней (7-15 марта) в боевых действиях. За это время, по подсчетам своего штаба, бригада захватила 7 пленных (прим. – сданы 253-й стрелковой дивизии), 18 обозных лошадей, 4 орудия (3 105-мм, 1 ПТО; взяты 337-й стрелковой дивизией), 1 миномет, 1 ПТР, 28 винтовок, 120 мин (49 противотанковых, 71 противопехотная), 64 ручные гранаты;

подбила 3 танка;

уничтожила 596 немцев, 1 автомашину, 25 повозок, 1 кухню, 14 орудий (6 105-мм и 8 орудий ПТО), 4 миномета, 3 ПТР, 12 пулеметных точек, 4 ДЗОТа, 2 винтовки, 1 склад с боеприпасами (взят 253-й стрелковой дивизией), 5 занятных пехотой домов, 1 наблюдательный пункт [49, л. 565].

Сама 133-я танковая бригада (без 2-го ТБ) в этих боях потеряла 19 танков подбитыми артогнем и авиацией противника, из них 9 танков остались сгоревшими на поле боя на территории противника [49, л. 549].

За то же время 133-я танковая бригада (без 2-го ТБ) потеряла 266 человек личного состава: 34 – убитыми, 10 – пропавшими без вести, 176 – ранеными, 9 – заболевшими и госпитализированными, 35 – обмороженными и госпитализированными, 2 – по другим причинам. Из них 33 человека потерял конкретно 1-й танковый батальон [49, л. 568].

В именных списках безвозвратных потерь 133-й танковой бригады за тот же период числится 35 убитых, 1 замерзший, 14 пропавших без вести и 2 дезертира [2].



Бои конца марта 1942 г.

В 22.00 15 марта 1942 г. штаб 6-й армии отдал войскам боевой приказ № 021 о возобновлении с 17 марта наступления на Андреевку и Лиман для разгрома Балаклейской группировки противника. 253-я стрелковая дивизия, усиленная 133-й танковой бригадой и 1-м дивизионом 3-го Гв.АП, получила задачу частью сил сковать противника в Червоном Донце, а главными силами обходным маневром с запада совместно с соседней справа 337-й стрелковой дивизией овладеть Андреевкой, после чего развивать наступление на Ново-Андреевку (ныне с. Яворское) в тыл Балаклейской группировки противника. Слева от нее на Лиман атаковали усиленные танками 13-й танковой бригады 47-я и 343-я стрелковые дивизии [52, л. 33].

К 2.30 17 марта 133-я танковая бригада сосредоточилась:

опергруппа штаба бригады и 1-й ТБ – в Шебелинке;

133-й МСПБ – в Геевке [49, л. 563].

Организованная разведка местности показала слабость льда на Северском Донце и прилегающих болотах, что делало невозможной переправу танков [49, л. 563]. В этой связи штаб армии изменил свое первоначальное решение и в 17.00 18 марта своим боевым приказом № 022 поставил войскам задачи на уничтожение противника на южном берегу Северского Донца. Наступление было перенесено на 20 марта. Собственно 253-я стрелковая дивизия с танковым батальоном 133-й ТБр должна была овладеть высотой 162,1 и Червоным Донцом. Навстречу ей с юго-востока атаковала 337-я стрелковая дивизия, усиленная ротой танков 92-го ОТБ [52, л. 38].

После всех ранее проведенных боев 253-я стрелковая дивизия по состоянию на 20 марта насчитывала лишь 4710 человек личного состава (41,1 % штатной численности). Собственно 133-я танковая бригада (без 2-го ТБ) насчитывала 1152 человека личного состава, 9 исправных танков (1 Т-34, 7 Т-60, 1 БТ), 4 зенитных орудия, 9 минометов, 17 ПТР [50, л. 362]; [51, л. 169].

С утра 20 марта 253-я стрелковая дивизия  с 1-м танковым батальоном 133-й ТБр перешла в запланированное наступление на высоту 162,1 и Червоный Донец и, медленно продвигаясь вперед, к 16.00 достигла рубежа: юго-западные скаты высоты 162,1 – высота 110,8 – безымянная высота северо-восточнее отметки +3,0, где ее продвижение было окончательно остановлено противником [53, л. 230, 238].

В бою 20 марта 133-я танковая бригада потеряла 2 танка подбитыми [53, л. 230]. Оба танка были подбиты 88-мм зенитными орудиями. Немцами они были опознаны как Т-34 и Т-60 [76, F. 1046, 1059].

В именных списках безвозвратных потерь 133-й ТБр за 20 марта числится 7 убитых (командир танка лейтенант Петр Самосудов (сгорел в танке), механик-водитель старший сержант Степан Кочергин, командир башни красноармеец Николай Сомородский, башенный стрелок красноармеец Павел Шунин, стрелки красноармейцы Умервай Намратов, Владимир Рышкин, ездовой красноармеец Иосиф Погребный) [2].

С утра 21 марта 253-я стрелковая дивизия с танками 133-й ТБр атаковала на село Копанка, к 14.00 овладела высотой 160,7 (юго-западнее Копанки) и западными скатами высоты 160,1, однако саму Копанку дивизии взять не удалось, после чего, оставив прикрытие на высоте 160,1, дивизия отошла на исходные позиции [53, л. 237, 242].

В именных списках безвозвратных потерь 133-й ТБр за 21 марта числится лишь 1 расстрелянный (стрелок красноармеец Ата Куртилиев) [2].

В боях 20-21 марта 253-я стрелковая дивизия потеряла 221 человека личного состава, однако успеха в продвижении так и не добилась, в связи с чем почти весь день 22 марта провела в обороне, готовясь к возобновлению наступления [53, л. 239].

Атаки возобновились в 18.00 22 марта и продолжались всю ночь на 23 марта. Медленно продвигаясь вперед, 253-я дивизия вышла на юго-западные скаты высоты 160,7 и южные скаты 162,1 [53, л. 239, 243]. К этому времени 133-я танковая бригада имела в строю всего 7 танков Т-60, которые из-за сугробов не могли вести боевых действий, а потому в ночном наступлении справа от частей 253-й СД принял участие лишь ее мотострелковый батальон, который к 6.00 23 марта совместно с соседним слева 983-м стрелковым полком занял высоту 160,7 [50, л. 385, 388]; [96, л. 401].

В 8.00 23 марта противник силою до 50 человек с 2-3 танками при поддержке минометного огня контратаковал мотострелковый батальон на высоте 160,7. Согласно оперативной сводке штаба 6-й армии, эта контратака была отбита артминометным огнем, 1 танк подбит [50, л. 388]; [53, л. 244]. В общей сложности мотострелковый батальон смог отбить 2 контратаки, но т.к. соседний слева 983-й стрелковый полк при появлении немецких танков отошел, оголив фланг мотострелков, батальон был вынужден также отойти на исходные позиции. При отходе батальона пулеметным огнем были выведены из строя 2 расчета ПТР. Уже днем 3-й расчет ПТР – старший сержант Владимир Польша и красноармеец Федор Чешкин – под пулеметным огнем вынес брошенных на "нейтральной полосе" 3 раненых бронебойщиков и 2 противотанковых ружья. Позже, в ночь на 25 марта, Чешкин и Польша вынесли брошенные мотострелками 1 ручной пулемет и 9 винтовок, за что позже оба они были награждены медалями [96, л. 401, 430].

В общей сложности в бою 23 марта 133-й мотострелковый батальон, по советским данным, уничтожил 85 немцев, захватил 1 автомат, ракетницу, 2 бинокля, телефонный аппарат, а также документы и карты убитого в районе Копанки немецкого ефрейтора. Потери батальона составили 41 человек личного состава (8 – убитыми, 33 – ранеными), 1 ПТР и 2 пулемета (станковый и ручной), в т.ч. станковый пулемет был разбит разорвавшимся снарядом [50, л. 388].

В именном списке безвозвратных потерь 133-й ТБр за 23 марта числится как раз 8 убитых (пом. нач. штаба по спецсвязи капитан Михаил Пахомов, командир роты 133-го МСПБ лейтенант Степан Дробин, комиссар роты управления старший политрук Михаил Кошель, командиры отделений старшина Семен Гришин, сержант Тихон Казаков, младший сержант Федор Мешков, пулеметчик разведроты красноармеец Михаил Львов, пулеметчик 133-го МСПБ красноармеец Александр Варков) [2].

Танки Т-60 (6 штук) 133-й ТБр оставались в тылу в Серафимовке, где на протяжении дня несколько раз подвергались артминометному обстрелу со стороны противника, при этом было ранено 6 человек [50, л. 388].

24 марта 133-й мотострелковый батальон оборонялся на правом фланге 253-й СД на северных скатах высоты 184,1 в 3 км к югу от Копанки, выставив боевое охранение на южных скатах высоты 160,7. Собственно 253-я стрелковая дивизия перешла к обороне на рубеже: (иск.) высота 184,1 – гребень высоты южнее Дальней Шебелинки – Журавли – высота в 2 км западнее Червоного Донца – отметка +3,0 – Геевка [53, л. 251]. В 19.00 24 марта противник силою до взвода пехоты попытался провести разведку в юго-западном направлении, но был отражен боевым охранением, потеряв 10 человек убитыми [50, л. 392].

Боевые действия в апреле 1942 г.

В ночь на 30 марта 1942 г. на основании боевого приказа № 026 штаба 6-й армии от 29 марта 133-я танковая бригада сдала занимаемый мотострелками участок обороны частям 253-й СД и к утру сосредоточилась в хуторах Каминка и Ново-Лиманский (ныне с. Перерезновка) в распоряжении штаба 343-й стрелковой дивизии, заняв оборону на крайне левом фланге этой дивизии на участке: 2 рощи северо-западнее отметки 188,3 (3,5 км южнее с. Верхний Бишкин) – отметка 188,4 – курган с отметкой 190,1. Боевое охранение было выставлено на северо-западной опушке рощи в 1 км северо-западнее отметки 188,3. Соседом 133-го мотострелкового батальона слева оказался мотострелковый батальон 13-й танковой бригады. В 1-м танковом батальоне в строю имелось лишь 7 танков Т-60 [50, л. 440]; [52, л. 46]; [53, л. 265].

Находясь в обороне, 133-й мотострелковый батальон постоянно подвергался артминометному обстрелу со стороны противника и время от времени нес потери в личном составе [50, л. 440]. В именных списках безвозвратных потерь 133-й ТБр за 31 марта числится 1 убитый (стрелок красноармеец Нуро Аннаев), за 4 апреля – 1 убитый (командир отделения младший сержант Мамасадак Ишматов) [2].

С 1 по 5 апреля саперное отделение сержанта Михаила Берсенева в ночное время обнаружило и разминировало 5 минных полей, сняв 52 мины [95, л. 89]. В 19.00 5 апреля саперы также подверглись минометному обстрелу, потеряв 2 человека убитыми (красноармейцы Александр Бондарев, Роман Василенко) [2]; [50, л. 441]. 8 апреля под артминометным обстрелом был убит стрелок красноармеец Александр Каледин и ранено 2 мотострелка. В тот же день в 14.00 минометная рота бригады выпустила 3 мины в районе отметки 195,6, убив 2 немцев [2]; [50, л. 558]. В ночь на 9 апреля саперами бригады в районе северных скатов высоты 190,1 было извлечено 6 немецких противотанковых мин [50, л. 557]. Это были все известные боевые действия 133-й танковой бригады в начале апреля.

Всего с 1 по 10 апреля, находясь в обороне, 133-я танковая бригада потеряла 43 человека личного состава (4 – убитыми, 8 – ранеными, 28 – заболевшими, 1 – обмороженным, 2 – по другим причинам) [4, л. 275].

За это же время 2 апреля в эшелоне № 21/5511 были отправлены в заводской ремонт 10 танков (7 Т-34, 1 Т-60, 1 БТ-2, 1 Т-30) 1-го ТБ, а 3 апреля решением Военного Совета 6-й армии были списаны в безвозвратные потери ранее потерянные 133-й танковой бригадой 8 танков (3 Т-34, 1 БТ-7А, 4 Т-60) [4, л. 297].

После этого по состоянию на 10 апреля бригада насчитывала 1064 человека личного состава (1014 человек постоянного состава, 8 человек прикомандированных, 42 человека ППС, ПКТ, ОО НКВД), 7 танков Т-60, 4 трактора, 152 автомашины (4 легковые, в т.ч. 2 прикомандированные, 111 грузовых, 37 специальных), 11 мотоциклов (в т.ч. 1 прикомандированный), 16 обозных лошадей, 4 37-мм зенитных орудия, 6 82-мм минометов, 16 ПТР, 17 пулеметов (2 станковых, 15 ручных), 18 ППД, 549 винтовок (в т.ч. 65 автоматических), 8 раций [4, л. 274].

10 апреля на основании распоряжения № 4990/Ш командующего Юго-Западным фронтом штаб 6-й армии своим боевым приказом № 028 поставил 133-й танковой бригаде задачу: до исхода дня 12 апреля передать все боеспособные танки командиру 5-й Гв.ТБр, эвакуировать на станцию погрузки все небоеспособные и находящиеся на поле боя танки и к исходу дня 17 апреля своим ходом сосредоточиться в фронтовом резерве в районе населенных пунктов Александровка, Кунье, Чистоводовка [52, л. 50].

В ночь на 12 апреля 133-я танковая бригада передала свои позиции в районе высоты 188,3 заградительному батальону 343-й стрелковой дивизии и к 6.00 сосредоточилась в хуторе Каминка [53, л. 312]. 14 апреля бригада передала свои 7 танков Т-60 с 11 танкистами 5-й гвардейской танковой бригаде, после чего сосредоточилась в деревне Шопенка (18 км юго-восточнее с. Каменка) [4, л. 297, 302]; [50, л. 580]. По состоянию на 15 апреля в ее составе числится 1 исправный танк ХТЗ-16. По всей видимости, этот танк был получен бригадой еще 2 февраля. Об участии его в боевых действиях бригады в марте ничего не известно. Возможно, что все это время танк находился в ремонте [4, л. 290]. 17 апреля штаб Юго-Западного фронта отдал боевой приказ № 00274 о формировании 22-го танкового корпуса, в состав которого включались 13-я, 36-я и 133-я танковые бригады [56, л. 83, 84]. Задержавшись с передислокацией из-за бездорожья, ориентировочно 20 апреля 133-я танковая бригада выступила из района Шопенки в район села Кунье, куда прибыла ориентировочно 25 апреля [50, л. 595, 597, 608].

Всего за время боевых действий в составе 6-й армии с 5 марта 1942 г. 133-я танковая бригада (без 2-го танкового батальона) из имевшихся в ее составе 27 танков (10 Т-34, 12 Т-60, 1 БТ-7А, 2 БТ-2, 1 Т-30, 1 ХТЗ-16) потеряла безвозвратно 8 танков (3 Т-34, 4 Т-60, 1 БТ-7А). 11 танков (7 Т-34, 1 Т-60, 2 БТ-2, 1 Т-30) были отправлены на капремонт, а 7 танков Т-60 переданы 5-й гвардейской танковой бригаде [4, л. 297].

Списочный личный состав 133-й танковой бригады с 7 марта до 10 апреля сократился на 386 человек. Только лишь за март из медсанвзвода бригады было эвакуировано в госпитали 283 раненых, обмороженных, обожженных и больных человека, еще 40 человек выбыло из строя по ранению, болезням или обморожениям с 1 по 10 апреля [4, л. 267, 275]. В именных списках потерь 133-й танковой бригады в безвозвратных потерях за эти дни числится 73 человека личного состава (54 убитых, 14 пропавших без вести, 1 замерзший, 3 расстрелянных, 1 умерший), а также 2 дезертира, итого в общей сложности выбыло из строя почти 400 человек личного состава [2].

С марта по 13 апреля 133-я танковая бригада, по подсчетам своего штаба, вывела из строя 707 немцев, 3 танка, 1 автомашину, 26 повозок, 14 орудий (6 105-мм, 8 ПТО), 4 миномета, 3 ПТР, 12 пулеметных точек, 4 ДЗОТа, 2 винтовки, 1 кухню, 1 склад с боеприпасами, 1 наблюдательный пункт;

захватила 7 пленных, 18 лошадей, 6 орудий (3 105-мм, 3 37-мм ПТО), 1 миномет, 1 ПТР, 1 автомат, 28 винтовок [4, л. 319]; [49, л. 565].

Список источников

Tags: 133 ТБр, 44.id, 6 А, ЮЗФ, весна 1942 г., г. Балаклея
Subscribe

Posts from This Journal “133 ТБр” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments