Максим (tankoved34) wrote,
Максим
tankoved34

Category:

Танки 5-й ТД в боях под Гредякино, 25 ноября - 1 декабря 1942 г. Переводы

Профессиональный перевод 2 отчетов танковых рот 31-го ТП 5-й ТД за 25 ноября – 1 декабря 1942 г., сделанный ув. Алексеем Кислицыным по моей личной просьбе. Был нужен мне в качестве дополнения боевых действий 80-й ТБр в ноябре - декабре 1942 г. и в будущем пригодится для работы над 93-й ТБр. Сам лишь немного подкорректировал особо корявые фразы и изменил берлинское время на московское (+2 ч) + дополнительно перевел «Донесение о потерях противника» графа Роткирха. Возможно, данные отчеты, как и представленные в следующем посте уже мои личные переводы отчетов других задействованных под Гредякино подразделений 5-й ТД, будут интересны и полезны тем, кто увлекается темой "Марса" в целом и боев под Гредякино и Холмом-Березуйским 25 ноября – 1 декабря 1941 г. в частности.

NARA, T. 315, R.272.

Копия

Фельдфебель Корн

1-я рота 31-го танкового полка

Штаб-квартира 11.12.1942

Отчет о боевых действиях в период с 29.10 по 02.12.1942 в районе Холм Березуйский

29 октября 1942 г. вместо заболевшего фельдфебеля Хонча прибыл в боевую группу Кеттнера в качестве командира взвода. Вместе с 1-м батальоном 14-го танкового гренадерского полка мы находились непосредственно перед русскими. Танковые экипажи все были из 1-й роты. Я очень быстро прижился в коллективе, и настроение солдат было, как всегда, отличным. Уже в первую ночь русские бросили против нас сильную ударную группу, которая, правда, ударила по позициям левее нас, пока нас прижимала к земле тяжелая артиллерия и минометы из Холм-Березуйского. В эту ночь я изучил хорошо разветвленную систему окопов и траншей. Мы поспешили вперед, чтобы занять как можно более удобную позицию для стрельбы в случае, если атака начнется и на наши позиции. Все происходящее этой ночью повторялось и следующими ночами. Русским никак не удавалось ворваться на наши позиции. На основании этих событий и опыта, приобретенного там, мы улучшали нашу систему окопов. Мы создали новые позиции для наших танков, чтобы можно было отбивать атаки днем и ночью. До 25.11 продолжались эти позиционные бои с переменным успехом. Вражеские ударные и разведгруппы постоянно уничтожались  концентрированным огнем пулеметов и танков. В период с 15.11 до 20.11 роты 14-го танкового гренадерского полка сменены частями 1-го батальона 195-го гренадерского полка. Смена прошла без происшествий. Мы быстро наладили стык и сжились с новой командой. В этот период вышли из строя 1 танк Panzer IV и 2 танка Panzer II, и, таким образом, к 25.11 у нас в действии осталось всего 4 танка Panzer III.

25.11.42

В 7:30 начался грохот боя, который превзошел все, что мы слышали и видели ранее. Немедленно мы запрыгнули в наши танки и поехали на позиции, которые были подготовлены для атаки днем. Я принял командование взводом. Пока наши позиции засыпались градом огня, против наших позиций выкатилось из главного леса 30 или 40 танков, среди которых было 10 Т-34. За ними шел вал пехоты в зимних маскхалатах. Под ударом нашей артиллерии первая атака провалилась. Танки, которые подошли на удобное для нас расстояние, были тут же взяты на мушку и обстреляны. В течение 3 минут я уничтожил 4 танка американского производства. Старший лейтенант Кеттнер уничтожил 2 танка. Остальные отошли обратно в главный лес. Пехота попала под огонь пулеметов, который также оказался очень действенным. Постоянно проводились атаки вражеской пехоты под прикрытием тяжелого артиллерийского огня. Начавшаяся пурга очень затруднила нашу оборону, поскольку сильно ухудшился обзор и стрелять можно было только с помощью оптических прицелов. Тем не менее, удалось предотвратить прорыв противника на наши позиции. Действие наших танковых пулеметов и разрывных снарядов (F. 233) было уничтожающим и поднимало оборонительный дух наших солдат.

В 11:30 русские начали 2-ю танковую атаку. С направления леса Тимонино выехало 8 Т-34, выстроились в линию и открыли стрельбу по нас. Я получил первое попадание в правую гусеницу, в связи с этим возникли сложности с передвижением, и я встал на не очень хорошей позиции. Мы остались в машине и стреляли из всего вооружения танка. Танков с направления Тимонино стало прибывать. Через короткое время я насчитал уже 15 штук Т-34, а еще 10 минут спустя их было не меньше 43 штук, среди которых были и тяжелые русские танки. Сначала они шли на наши позиции, а потом повернули влево на Гредякино. К сожалению, у нас не было длинноствольных танков, поскольку мы своими танками с такого расстояния (500 м) их не доставали. Несмотря на это, мы постоянно обстреливали эти колоссы из стали. Поскольку я больше не мог двигаться и русские это быстро распознали, меня стали обстреливать сразу несколько Т-34. Сразу после этого я получил первую пробоину, и через несколько секунд моя командирская башня была сбита. Нам удалось вылезти из танка, и мы остались невредимыми, несмотря на несколько царапин. Я тут же организовал противотанковую группу, вооруженную ручными гранатами, бензиновыми канистрами и ослепляющими зарядами. Русским справа от нас удалось прорваться в Гредякино большими танковыми силами. В ярости мы были вынуждены наблюдать, как вражеские танки движутся в направлении Боблево и Никоново. Мы ничего не могли сделать. Продолжающийся весь день сильный вражеский артиллерийский огонь стал после обеда стихать. Ни один русский в этот день не прошел в наши окопы и ни один танк не приблизился к нашим позициям. Потери за 25.11: 1 Panzer III, потерь в живой силе нет. Подбито 6 Т-34.

26.11.42

Как и в предыдущие дни, 26.11 утром начался грохот. Под прикрытием искусственного дыма отдельные вражеские танки пробились на расстояние выстрела и начали обстреливать систему окопов. Пока 1 Т-34 был подожжен фельдфебелем Ламбрехтом с расстояния в 50 м, 2-му Т-34 удалось ворваться на позиции. Он прошел по окопам, стреляя из всего вооружения прямо на машину Ламбрехта, пока с расстояния в 10 м Ламбрехт его не поджег.

Еще 2 танка американского производства были подожжены.

Следующие 2 Т-34 подошли вплотную к окопам и были уничтожены гренадерами. Экипажи этих танков были уничтожены в ближнем бою. При этом был тяжело ранен старший лейтенант Кеттнер. Я принял в этот момент командование боевой группой. Танк номер 131 получил попадание в цилиндрическую маску танкового орудия и стал ограниченно годным к использованию. Атаки усиливались, все больше были направлены в нашем направлении и становились все более опасными. Молниеносно я выбрасывал танк из укрытия и стрелял из всех видов вооружения по наступающей массе, пока они не разворачивались или не были уничтожены. После этого я оттягивал танк назад в специально обустроенное укрытие. Только так я мог предотвратить уничтожение наших танков, одновременно действенно нанося потери противнику. Мы повторяли это ежечасно во всех направлениях так, чтобы ни один русский не вошел в наши окопы. В течение дня мы уничтожили еще 3 Т-34. После того, как были уничтожены все кабели связи на нашей позиции, в том числе вышли из строя и антенны, я целый день находился в передовом окопе, чтобы своевременно реагировать на вражеские атаки. Кроме того, так я мог действенно использовать мои танки – на основании собственного наблюдения. Посыльные к отдельным машинам позволяли действенно управлять позицией. Я сам залег в передовом окопе у тяжелого пулемета (F. 234).

Справа от нас проходило все больше вражеских танков через Гредякино в направлении Боблево. Все это были Т-34.

В Ведерниково, которое лежало у нас за спиной, также появились русские танки. Противник начал окружать нас после того, как ему не удалось захватить наши позиции спереди. Он уже захватил дорогу с Никоново, по которой к нам шло обеспечение. Перед нами стояло более 30 вражеских танков, часть из которых подорвалась на минах, часть была уничтожена артиллерийским огнем и нашей стрельбой. Все атаки на нас в этот день были отбиты с большими потерями для противника. Ни один русский так и не вошел в наш окоп. После того, как противник засел еще и за спиной, я приказал готовиться к круговой обороне. Ночью в каждом танке находилось по 2 человека. Все остальные находились в окопах. У меня кроме танков было 2 пулемета, 4 автомата и винтовки с гранатами погибших гренадеров. В моей танковой группе и в этот день никто не погиб. 7 танков противника мы сами уничтожили 26.11, из них – 5 Т-34. Кроме того, противник понес большие потери от нашего пулеметного огня.

27.11.1942

И в этот день мы удержали наши позиции против вражеских атак. Русские начали пехотные атаки, сопровождаемые небольшим количеством танков, но все эти атаки провалились, не дойдя до наших позиций. Мне удалось обнаружить комиссаров, которые подгоняли солдат. Опасной оставалась ситуация у нас за спиной. Все больше сил собирают русские на западе.

Т-34 и тяжелые русские танки начали обстреливать наши позиции сзади и уничтожили бункер. Я установил свой танк таким образом, чтобы ему ничего не грозило и с этой стороны, но при этом, чтобы можно было вести действенный огонь. Со всех сторон русские пошли в атаку на нас. Шел сильный снег, и нам приходилось очищать окопы ежечасно, без них мы бы позиции не удержали. В 14.00 произошло то, чего мы ожидали и так опасались: из Ведерниково появилась бесформенная масса русской пехоты и со своим убивающим нервы «Ура» при поддержке 7 Т-34 через высоту ворвалась в лес слева от нас. Мы оказались полностью окружены. При этом они не стреляли. В этот момент впервые за много дней появилось солнце. Я немедленно начал подготовку к ночи. Каждый человек в окопах получил свое место, которое должен был оборонять до последнего. Боеприпасы подготовлены, и все имеющееся вооружение собрано. Ночью один вражеский танк наехал на мину вблизи наших позиций, но экипаж остался в танке. Я этот танк добил и полностью уничтожил. Третья ночь без сна и еды. Поздним вечером я взял одного пленного; пока второй пытался убежать – его я убил из пистолета. Русский рассказал, что на следующее утро они атакуют и попытаются взять наши позиции с запада. Мы подготовились к атаке.

28.11.1942

И в этот день русским не удалось добиться успеха, на который они надеялись. Со всех направлений они бежали на нас. Вражеские снайперы приблизились вплотную и расположились на расстоянии броска гранаты. Фельдфебель Лембрехт, у которого был единственный рабочий танк, ездил во всех направлениях и расстреливал наступающих русских. Машина номер 111 вышла из строя при прямом попадании снаряда. Вокруг позиций ездили Т-34 и стреляли во все, что движется. Старший ефрейтор Франке погиб от осколка гранаты. Солдаты находились на своих позициях, и видна была их усталость и слабость. Топили снег и пили его. Я пытался юмором и шутками взбодрить солдат. Ночью русские попытались прорваться. Атаки были отбиты (F. 235). За нами горели населенные пункты. Был слышен шум боя. Артиллерийский огонь стал уже обычным явлением и не мешал нам. Автоматически мы падали в окопы. Солдаты спрашивали меня, что из этого выйдет дальше. Полковник Курц прислал однозначную радиограмму: «Держаться, пока не подойдет помощь». И в эту ночь мы ни минуты не спали. Потери: 1 убитый и 1 Panzer III.

29.11.1942

Вражеский артиллерийский огонь несколько ослаб. Стреляют почти только минометы. Штурмовики летают на бреющем полете и обстреливают нас из бортового вооружения. Атаки пехоты противника тоже стали слабее, зато шум боя у нас за спиной стал сильнее. Мы вынуждены были наблюдать, как русские переправляли орудия и боеприпасы в направлении Боблево. Все больше сил сосредотачивает противник в лесу за нами для того, чтобы осуществить против нас решающий удар. 2 52-тонных танка приехали с направления Ведерниково на расстояние в 200 м и попытались нас прижать к земле в окопах. Фельдфебель Ламбрехт погиб от пули снайпера. Я принял его место командира. Вместе с гренадерами я из карабинов обстреливал Т-34, который дошел до наших окопов на расстояние в 20 м. Вдруг загадочно для нас танк воспламенился. Ночью мы отбивали разведгруппы и ударные группы противника. Я приказал улучшить пулеметные позиции, и мы стали готовиться к ближнему бою. Потери за день: 1 погибший, материальных потерь за день нет.

30.11.1942

Мы – остров посреди противника. Танки ездят вокруг нас. Со всех сторон русские давят на наши позиции. Каждый приближающийся русский уничтожается выстрелом из винтовки. Если приближаются большие группы пехоты, наш последний действующий танк выезжает на огневые позиции. Пулеметным огнем противник сначала укладывается на землю, а после – уничтожается. Боеприпасов мало, и мы вынуждены считать каждый выстрел. Русские обстреливают нас из тяжелых ракетных минометов, но безрезультатно.

Наш бункер давно уничтожен. 1 Т-34, который подошел к нам на 500 м, начал беспрерывно стрелять разрывными снарядами по нашим окопам, пока не выстрелял весь боезапас и не уехал обратно. При этом был тяжело ранен ефрейтор Батбельт. Ефрейтор Вебер погиб у пулемета. Медленно ситуация превращается в невыносимую. После обеда я узнал, что мы будем ночью пытаться прорваться в направлении Гредякино. Танк Panzer III, который не мог ездить, подготовлен к подрыву и вечером уничтожен. Оружие и снаряжение с него сняли. В .... часов боевая группа Роткирха и 1-й батальон 14-го гренадерского полка выступили. Танки теперь под командованием старшего лейтенанта Роткирха. Вечер прошел спокойно, только огонь тяжелых минометов по позициям.

Потери за день: 1 погибший, 1 тяжелораненый.

1.12.1942

В 4:00 мы оторвались от противника. Тяжелораненые были загружены на последние оставшиеся танки. Мы прорвались сквозь лес южнее Васильки, занятый русскими, и вышли к частям 102-й пехотной дивизии. Там мы еще раз встали на оборонительные позиции. Вражеские танки приблизились к нам вплотную и стали нас обстреливать. Тяжелая артиллерия противника била по нас прямой наводкой по каждому отдельному танку. Я получил прямое попадание по моему танку. Двое членов экипажа погибли, и один был тяжело ранен. Танк заглох, и я его подготовил к подрыву. Я принял под командование наши последние 4 танка. После обеда 1.12 мы прошли дальше через лес и русских вдоль Осуги в южном направлении и достигли наконец ночью командного пункта нашего полка.

фельдфебель Корн (F. 236).

________________________________________________________________

Копия

Рота старшего лейтенанта Графа Роткирха.

Штаб-квартира, 5 декабря 1942 года

Отчет о боевых действиях за период с 25.11 по 02.12.1942

24.11.42

Рота была применена на левом участке дивизии и состояла из 7 танков. 1 танк в нп Васильки, 2 танка в лесу «Язык» и 4 танка, а также 1 2-см - в лесу южнее Васильки, где также находился командный пункт роты. 24.11 перебежчики сообщили, что русские готовят на утро большое наступление.

25.11.42

С 6:00 батальон был переведен в повышенную боеготовность. В 8:00 началась артиллерийская подготовка противника с невероятным грохотом из всех калибров. Новыми были тут 32-см ракеты, которые приходили сериями, как "Сталинский орган", по 30-40 штук и одновременно били по позициям. Экипажам в лесу почти не было никакой возможности добраться до машин. Еще что-то взять с собой – провиант, одеяла  - было абсолютно исключено. Ситуация, которая дала о себе знать неприятным образом в следующие дни. Эти 4 танка в лесу выступили на опушку леса на позиции. Вместе со стоявшей чуть правее пехотной ротой связь держали через посыльного. Около 9:30 пришло сообщение, что на нас идут танки. 4 танка под перекрестным огнем выехали на свои позиции сразу за окопами пехоты. Было видно, как 3 Т-34 вне досягаемости наших орудий прорвались между Холм-Березуйский и нашими позициями. Поскольку русские продолжали артиллерийский и минометный обстрел и машины на позициях также получали попадания, было приказано сменить позиции и вернуться на опушку леса. 2 машины заняли оборону в северо-восточном направлении, в то время как 2 другие машины отправились на свободную охоту для ловли прорвавшихся в лес Т-34. Через 1,5 часа 2 из 3 Т-34 были уничтожены. Третий подбила стоявшая в лесу самоходная артиллерийская установка. В это время стоявший в «Языке» танк с короткой 5-см пушкой уничтожил 3 «Кристи», а стоявшие в Васильках танки уничтожили 1 Т-34 на западном берегу Осуги.

Всего уничтожено 3 Т-34, 3 «Кристи».

Русские продолжали обстрел с той же силой примерно до 16:30.

В 17:30 командир роты боевой группы Курца получил приказ 4 танками прорываться на Гредякино для уничтожения прорвавшихся туда вражеских танков. Приказ был немедленно выполнен. Тут остались только танки в Васильках и оба танка в лесу «Язык». Связь по рации даже на дальние расстояния работала бесперебойно.

В Гредякино группа старшего фельдфебеля Долески была подчинена роте старшего лейтенанта графа Роткирха. Вся рота в этот же вечер получила приказ занять противотанковую оборону позади батальона с основным акцентом за левым крылом за 6-й ротой. Рота состояла теперь из 2 танков с 7,5-см короткими пушками, 3 танков с 5-см длинными пушками, 2 танков с 5-см короткими пушками, 1 7,5-см самоходки и 1 7,62-см самоходки. Ночь прошла спокойно.

26.11.1942

В 8:00 начался такой же артиллерийский огонь, как и в предыдущие дни. Позиции ночью были оставлены, поскольку просматривались противником насквозь. Танки разместились в 2 низинах. Несколькими минутами спустя было сообщено, что на левом крыле батальона началась танковая атака противника. Рота выступила в контратаку (F. 237).

Но поскольку русские атаковали вдоль нашего батальона в направлении Холм-Березуйского, они оказались недосягаемы для нашего оружия. Роте пришлось очень ловко маневрировать, чтобы не быть уничтоженной вражеской артиллерией, которая имела прекрасные возможности для наблюдения. Со стороны противника огонь был открыт также из противотанковых орудий и тяжелых танков. 2 наших танка получили попадания от артиллерийских и противотанковых орудий, но были быстро починены экипажами и смогли принять дальнейшее участие в бою.

Спустя 1,5 часа стало невозможным удерживать эти позиции. Рота вернулась в эти 2 низины. По этому месту также велся сильный огонь, и еще несколько танков получили попадания, которые, однако, обошлись без жертв. 2 танка отделились в так называемый танковый овраг, чтобы прикрыть правый участок батальона. Насколько это было дальновидно, стало ясно очень скоро, когда со спины вдруг появилось 3 Т-34. Наши танки из оврага незаметно выехали и за несколько минут уничтожили танки противника. Кроме того, были уничтожены 1 трактор «Сталинец» и 5 противотанковых орудий. С наступлением темноты рота отошла на ночь для прикрытия правого участка батальона, особенно для того, чтобы занять оборону в танковом овраге. Еще один прорвавшийся КВ-1 также был уничтожен. Эта машина взорвалась так, что ее части покрыли местность на 300 метров вокруг. Оборонительные позиции простояли всю ночь и на следующий день только незначительно сменили положение.

Всего подбито 1 КВ-1, 3 Т-34.

27.11.1942

Сегодняшний день не принес новых трофеев среди танков. Рота ограничилась уничтожением русской пехоты и обстрелом вражеских колонн. Самоходное орудие и еще 2 танка получили попадания из противотанковых ружей.

Особенно надо отметить боевой дух и решимость всех экипажей, которые 2,5 дня безостановочно находились в танках, в этот период не ели, знали, что подмоги ждать неоткуда, с 26 числа были полностью окружены, экономили горючее и боеприпасы и не могли даже думать о сне в следующие дни. Тем не менее, везде видны были приветливые надежные лица, которые, несмотря на ситуацию, сохраняли оптимизм. Доказательство того, что солдаты в своих стальных колоссах противостояли красному дьяволу и держали его в узде.

С этого дня 2 ночи подряд мы занимали на ночь левое крыло батальона, поскольку там с наступлением темноты начиналась русская атака. Акцент в этих боях был на уничтожении вражеской пехоты. С рассветом обе машины возвращались обратно.

28.11.1942

Оборонительные позиции и задачи остались прежними. Удалось разбить конную группу, уничтожить группу радистов с рацией, уничтожить 1 противотанковое ружье и несколько стрелков. Сегодня пришел танк с боеприпасами в основном для панцергренадеров. Привез также немного продовольствия и 60 литров горючего. Уже с вчера было слышно, что шум русских в месте прорыва юго-восточнее от нас усиливается большим количеством танков. Наши атаки, которые нас должны были бы освободить, похоже, уходят как вода в песок, поскольку звуки боя все больше отдаляются от нас. Все было по-прежнему надежно, хотя определенная нервозность чувствовалась из-за лишений. Только успехи этих дней повышали хорошее настроение (F. 238).

Около 17:30 на командный пункт роты пришел полностью истощенный обер-фельдфебель роты, упал и сообщил, что 6 танков ворвались на наши позиции и прорвались на наш батальонный командный пункт и окопы. За несколько минут 4 танка бросились в атаку, и уже через 10 минут 2 Т-60, 1 Т-34 и один американец тяжелейшей конструкции с двумя башнями были объяты ярким огнем. 5-й танк был уничтожен противотанковым орудием, и еще 1 Т-34 спасся бегством.

В этой атаке преимуществом было то, что рота выбрала очень удачное направление атаки, поскольку была метель, и русским пришлось воевать против ветра и против слепящего снега. Взято 4 пленных.

Полностью обессиленный обер-фельдфебель был поднят в свой танк и очень успешно принимал участие в атаке. Опять было свидетельство прекрасного духа наших солдат, которое тем более ценно в такой ситуации.

29.11.1942

Сегодня с рассветом на левом крыле батальона 2 танками без поддержки пехоты была занята позиция русских, а также участок наших окопов, который уже несколько дней был занят русскими. В этот же вечер на этом же участке был уничтожен еще один КВ-1, который в 80 м от нашей линии позиций был расстрелян. Один член экипажа взят в плен;  оказался прекрасно ориентирован в положении и довольно резко описал всю неприятность нашей ситуации. Так называемый танковый овраг весь день находился под сильным минометным огнем. Вечером русские начали атаку с криками «Ура» на правом участке и были буквально в 5 м от наших позиций, когда экипажи запрыгнули в танки. 5 танков моментально выехали, чтобы охватить овраг со всех сторон. Атака была отбита так же, как и еще 4 попытки. Один перебежчик показал, что у русских 150 убитых и раненых. А эти окопы были заняты всего 10 саперами, что говорит о том, что успех был исключительно благодаря танкистам.

30.11.1942

Сегодняшний день начался с печальной потери 1 Panzer IV, который в связи с нехваткой горючего не смог сменить позицию и сразу после этого был уничтожен прямым попаданием. Русские весь день без остановки обстреливали танковый овраг тяжелым артиллерийским огнем. Ситуация была такова, что в связи с опасностью окружения наблюдение велось во все стороны. Танки точно опознавали и стреляли по самому опасному в этот момент противнику. Постоянная смена позиции, даже если речь шла о нескольких метрах, была необходима. В конце концов, уже непонятно было, куда деваться. Все танки получили попадания и не одно. 52-я машина полностью потеряна. Одна самоходка уничтожена, и русские всего в 80 метрах от нас готовятся к атаке.

В 15:00 поступил приказ на прорыв из кольца.

В 18:15 панцергренадеры оторвались от противника, на танки погрузили раненых и, прикрывая спину гренадерам, в 18:45 выступили.

Всех раненых забрали. Танки взяли на себя прикрытие гренадеров, которые взорвали все не готовые к маршу машины, и часом позже батальон Штибера прибыл в Холм-Березуйский (F. 239).

01.12.1942

В 5:00 объединенные батальоны Штибера и Иле прорвались в лес южнее Васильки. Русские сотнями бросились вдогонку, тем не менее, удалось выбраться без особых потерь.

Части были подчинены теперь 195-му полку. В связи с явной опасностью все танки, даже поломанные, заняли противотанковую оборону 1-го батальона 195-го полка. Результатом стала потеря 1 Panzer III, который можно было бы сохранить, не будь этого бездумного приказа.

В 16:00 удалось после невероятных сложностей выйти из этого подчинения, получить обратно танковые роты, и в 18:00 мы доложили командиру полка в Большом Кропотово о прибытии остатков боевых групп Роткирха, Кеттнера и Долески в составе:

1 танк с 7,5-см короткой пушкой;

2 танка с 5-см длинными пушками;

5 танков с 5-см короткими пушками;

1 танк с 2-см пушкой;

1 7,62-см самоходное орудие.

Старший лейтенант граф Роткирх, командир группы (F. 240).


Рота графа Роткирха, 03.12.1942.

Донесение о потерях противника

Рота уничтожила за 25.11 – 30.11.1942.

25 ноября

3 Т-34 (из них только об 1 сообщили);

3 «Кристи» с 47-мм пушками.

26 ноября

1 КВ-1;

3 Т-34;

1 трактор «Сталинец»;

5 орудий ПТО были успешно подавлены.

27 ноября

2 лошади;

40-50 русских.

28 ноября

1 тяжелый американский танк с 2 башнями, 1 105-мм и 1 37-мм орудиями, примерно 48 тонн;

2 Т-60;

1 Т-34;

1 ПТР;

1 радиостанция;

1 конная разведгруппа;

20 русских.

29 ноября

Русские полевые позиции разбиты и русские отброшены.

1 КВ-1;

1 конная упряжка.

5-тикратная атака русских на правый фланг батальона силою примерно в 2 роты с 5 танками отбита самостоятельно. Потери противника составили, по показаниям 1 перебежчика, около 150 убитых и раненых. Русские были при этой атаке уже в 5 метрах перед нашими окопами, когда экипажи сели в свои танки.

30 ноября

2 ПТО.

1 декабря

Поддержка прорыва батальона Штибера. Рота отошла через полчаса после батальона и прикрыла отход батальона.

2 ПТО;

1 ПТР.

Обер-лейтенант граф Роткирх (F. 241).

Tags: 5.pz.div, г. Зубцов, осень 1942 г.
Subscribe

Posts from This Journal “5.pz.div” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment