Максим (tankoved34) wrote,
Максим
tankoved34

Category:

Любительский перевод гешихта 100.le.ID. за январь - март 1942 г. Допматериалы.

в качестве дополнения к боевым действиям 121-й ТБр в феврале – марте 1942 г.; перевод выборочный, любительский, время сразу проставлено московское

Hanns Neidhardt. Mit Tanne und Eichenlaub— Kriegschronik der 100. Jäger Division vormals 100. leichte Infanterie Division.– Graz-Stuttgart: Leopold Stocker-Verlag, 1981.

Ссылка на сканы страниц гешихта (период: январь – март 1942 г.) - https://yadi.sk/d/aZWNVUTo3Nccg5 (сканы предоставлены уважаемым nordrigel)

Зима на Самаре

Боевая группа Weller была немедленно задействована из Гришино. В условиях сильного мороза и колкого ветра она вышла в общем направлении на север и достигла, наконец, деревни Степановка в 17 км к северу от Гришино. Там остановилась и попыталась установить с кем-нибудь связь слева и справа. Однако, их оказалось не слишком много, из-за чего майор Веллер решился пока что остаться в Степановке и держать связь с Гришино.

Это было правильно, так как сосед справа застрял в 15 км позади, слева и дальше позади стоял разношерстный сброд строительных войск и войск снабжения. Между тем подразделения дивизии были задействованы сразу по прибытии. Также останавливались все следовавшие в Гришино, и все находящиеся там войска разделялись на боевые группы. Думается, была удача в неудаче, что 5-й советский кавкорпус, который захватил 24 января Барвенково, там также захватил большой продсклад немецкой 17-й армии (с. 153).

Богатая добыча, в частности, в алкогольных напитках, затормозила наступательный порыв русских на некоторое время лучше, чем еще очень слабое немецкое сопротивление. Даже в позиционных боях в апреле у убитых красноармейцев находили немецкие армейские носки. Все еще встречались разрозненные отдельные группы разбитых подразделений, часто безоружные и плохо одетые, но радостные, что сумели добраться до наших позиций.

25 января 54.IR достиг Степановки и должен был защищать это место. На левом фланге ослабленный 227.IR только лишь начал подходить своим сводным подразделением. Сосед справа оставался все еще далеко позади, и III./54 был вынужден занять позиции фронтом на север и восток.

Боевая группа Weller и все находящиеся в и вокруг Степановки войска имели только один день для подготовки позиций. Уже рано утром 26 января, еще в темноте, противник здесь появился с севера, но был расстрелян, отошел назад, и 2 часа спустя атаковал при минометной поддержке. Эта и на полчаса позже с криками «Ура!» атака была разбита огнем обороняющихся.

Ближе к полудню 2 советских танка с запада продвинулись к Степановке и открыли огонь по деревне. Отдельные группы казаков проехали верхом мимо деревни на юг. Во второй половине дня русские более сильными силами атаковали с запада, причем им также удалось занять 4 крайних с запада дома деревни. Они, однако, были снова отброшены оттуда 2-й самокатной ротой 54-го полка и оставили 30 убитых.

После наступления темноты, которая наступила уже во второй половине дня, русские атаковали в третий раз, на этот раз даже с юга! Вновь нападение отбито с кровавыми потерями для противника. Боевая группа была отрезана в течение короткого времени от ее тыловых подразделений, посланная на юг разведгруппа обнаружила шоссе на Гришино свободным, и еще до полуночи прибыла колонна с боеприпасами, продовольствием, а также несколькими орудиями ПТО.

На следующий день III./54 вместе с 8./83 должен был взять расположенную примерно в 4 км юго-западнее Степановки Самойловку и тем самым добиться флангового прикрытия слева. Уже в 5.30 он отправился туда, чтобы преодолеть лишенную укрытий местность в темноте и на рассвете ворваться неожиданно в Самойловку. Но уже через несколько сотен метров орудия 8-й батареи застряли в сугробах и через 2 км в сугробах застряли остальные боевые транспортные средства с боеприпасами и продовольствием (с. 154).

Повернуть обратно! – было приказано, и батальон снова занял свои старые позиции в Степановке. Не слишком рано, так как в 8 ч. русские пехотой и танками атаковали с запада, танки подожгли несколько домов, однако пехота оказалась не слишком воинственной и постепенно отошла на север.

Около полудня подошедшие с севера 2 кавалерийских эскадрона были уже на марше рассеяны артиллерией. После чего наступило затишье, а после наступления темноты разведбат был выведен из Степановки для другого использования.

Генерал кавалерии фон Макензен образовывал "группу Макензена" из частей его III-го танкового корпуса, который по-прежнему стоял при Миусе – 100-й ЛПД и 14-й ТД, XI.AK. с 298-й ПД, румынской 1-й ПД, а также находящейся на подходе 113-й ПД.

В течение следующих дней происходило немногое. Разведгруппы посылались в разные стороны и установили, что враг, который еще недавно шатался к югу от Степановки, был отведен. Погода становилась все хуже и вот, наконец, ледяная пурга хлещет над холмами и балками. Вопреки невыносимым условиям погоды ударная группа "Хубе" — части 14-й ТД с подчиненным IR.227 — проникла к западу от Гришино на север. 31 января взято Криворожье в 15 км к северо-западу от Гришино, и таким образом созданы предпосылки для нового наступления на север и действий у высоты при Степановке. Там 2 сильные ударные группы 6-й и 7-й рот 54-го полка разбили русские войска силою в батальон. Противник с тяжелым вооружением прятался в укрытиях от сильной вьюги примерно в 1,5 км к северу от населенного пункта. Полностью удался его захват врасплох, и после короткого боя враг бежал на север и запад. Только чудом у нас не имелось собственных потерь, с противоположной стороны было насчитано 70 мертвых русских, а когда обе ударные группы, приведенные лейтенантом Шпекманном (Speckmann) и фельдфебелем Бакалуком (Bakaluk), вернулись после наступления темноты в Степановку, они привели также 11 пленных.

Из IR.54, IR.369, а также 100-го разведбата была образована "ударная группа Sanne". Пока 54-й полк оставался на левом фланге группы в районе Степановки, другие части атаковали юго-восточнее нее, чтобы закрыть дыру к правому соседу. 2 февраля была взята Аннинская. Также было продвижение вперед слева, у группы Хубе, где стоял 227-й полк, там противник ударом от Степановки был отброшен на 8 км на юго-запад (с. 155).

Таким образом немецкий фронт потихоньку выступил вперед на север, хоть теперь пурга и становилась все сильнее. Помимо боевых частей особенно отличились тыловые службы, которые совершили почти немыслимое и везли в любую погоду боеприпасы и продовольствие, вывозя обратно раненых.

4 февраля III./54 при поддержке 1(!) штурморудия атаковал населенный пункт Благодать, что примерно от 5 до 6 км к юго-востоку от Степановки. После жесткой борьбы и частично ожесточенного ближнего боя удалось прогнать врага из этого места. 2 дня затем русские пробовали вернуть это место в повторных контратаках силою от взвода до батальона. Но хорошо установленные пулеметы основательно ликвидировали на лишенной укрытий местности атакующего с севера врага и нанесли ему сильные потери.

Также не обошли стороной и Степановку. 12 часов русские штурмовали снова и снова это место. Однажды, к полудню, им со временем удалось обосноваться в северной части деревни, но 8./54 вовремя вмешалась и отбросила противника с высокими потерями. Вместе с тем его силы казались истощенными, больше не происходило никаких атак, также прекратился артиллерийский огонь.

Группа Хубе с 227-м полком также не осталась праздной. После жестоких боев она взяла вечером 6 февраля Иверское и тем самым заодно образовала самую северную угловую опору группы фон Макензена.

Пока этот участок фронта в течение следующих дней оставался спокойным, ударная группа Занне смогла 7 февраля продвинуть свой правый фланг дальше на север и взять Самарские Стравни (Самарские Ставки, ныне Самарское). Между тем вышедший из Санкт-Пёльтена батальон XVII/25 прибыл в Гришино. Хоть какое-то подкрепление полкам и дивизионам. Через Гришино также поступает 373-й валлонский пехотный батальон – валлонский добровольческий легион. Она был придан дивизии и 10 февраля освободил ее 54-й полк в Благодати. Тот снова атаковал от Степановки и к северу от Ново-Александровки, которая лежит между Степановкой и Благодатью, и взял Куроедовку. В тот же день подполковник Мор (Mohr) передал руководство 54.IR майору Веллеру (Weller), а сам принял передовой отряд.

Вся группа Макензена 11 февраля снова стала наступательной. Ударная группа Занне на правом фланге шла с IR.54 из Куроедовки и Степановки на лежащую по обе стороны Самары Ново-Беззаботовку, а также лежащую к югу от речки Ново-Андреевку. При легком смешанном со снегом дожде колонна тяжело брела на север. Незадолго до наступления рассвета после перестрелки был захвачен русский офицерский дозор (с. 156). По показаниям пленных все деревни плотно заняты.

III батальон был направлен на Ново-Беззаботовку, в то время как II батальон залег на последней гряде высот перед Ново-Андреевкой, взяв на себя фланговое прикрытие. Поначалу атака III батальона не удалась, напротив, удалось взять Ново-Андреевку. После огневого налета артиллерии 8-я рота, до сих пор бывшая резервом полка, смогла проникнуть в Ново-Беззаботовку. Майор Веллер сдвинул 6-ю и 7-ю роты к Ново-Андреевке, чтобы атаковать с востока. Сразу после полудня удалось с помощью 1 штурморудия ворваться с востока и юга в это место. Оно было освобождено в убийственном ближнем бою, каждый дом должен был браться в отдельности. При этом командир III./54 капитан Полак (Polak) был настолько тяжело ранен, что умер от ран в тот же день. Вскоре после этого унесли раненого майора Веллера. Капитан Яквет (Jaquet) временно взял на себя командование полком, сгруппировался вокруг и в повторной попытке смог наконец-то взять лежащий к югу от Самары район. Все были измучены и за исключением часовых каждый пытался найти хотя бы наполовину высохший угол для отдыха.

IR.227 слева от IR.54 при ударной группе Хубе имел в этот день больше счастья. Из Иверского еще в темноте полк продвинулся по обе стороны шоссе поближе к долине Самары. Здесь удалась внезапность. Русские дозоры были быстро сметены, и с наступлением рассвета после короткой подготовки был атакован большой населенный пункт Александровка. Захваченные врасплох русские почти с ходу выбиты из деревни и убежали на север.

На следующий день подполковник Мор, который снова принял боевую группу, заготовил атаку на северную часть Ново-Беззаботовки в 11.00. Сильный огонь обороняющихся и наступившая между тем оттепель, которая сделала все дороги беспочвенными, а склоны скользкими, предотвратили непрерывное наступление. Когда единственное имевшееся штурморудие наехало на мину, все висело на волоске. Тогда, к счастью, прибыли 3 самоходные установки с 4,7-см орудиями ПТО (Panzerjager I?), и с новым наступательным порывом оборона в северной части была взломана. В 18.00 вся Ново-Беззаботовка находилась в руках боевой группы.

13 февраля ударная группа Sanne должна была брать лежащую в 3 км севернее Ново-Беззаботовки большую деревню Андреевка. Ей при этом также должны были помогать танки 14-й ТД. Когда в 15.00 танки подкатили от Александровки, боевая группа Мора еще находилась на марше. Неуклонно сквозь сильный огонь вражеского тяжелого оружия батальоны брели, далеко растянувшись из-за мокрого снега (л. 157). В 17.00 III./54 прорвался в район Андреевки. II батальон, который достиг южной окраины села, остался лежать перед все более крепнущим сопротивлением русских (с. 158).

Собственные танки расстреляли боезапас и возвратились с наступлением темноты назад. Далее II./54, оставив 8-ю роту на прежних позициях, подтянулся к III батальону, чтобы атаковать с севера. Но до атаки в этот день так и не дошло.

На рассвете 14 февраля снова атаковали при поддержке двух штурморудий. На этот раз наступление удалось, но противник оказался упорным и защищал каждый дом. Только когда артиллерию поставили едва ли не перед собственной линией, в особенности перед штурмуемом юго-западным углом Андреевки, сопротивление было сломано. Враг отошел и скрылся в большой балке, которая ведет на север. Населенный пункт сразу был подготовлен для защиты с севера, востока и запада, так как подполковник Мор не доверял тишине. Насколько он был прав доказывало постоянное прощупывание русскими разведгруппами. Врагу даже удалось занять после наступления темноты 3 дома на окраине. Однако контратакой он снова был отброшен.

На следующий день у боевой группы Мора было спокойно, впрочем атаковали справа и слева от нее. На правом фланге ударной группы Занне 1 боевая группа, состоявшая из батальона IR.369, разведбата и саперов, взяла Громовую Балку; западнее ударная группа Хубе 227-м полком смогла взять после короткой, но упорной борьбы Варваровку и Елизаветовку, примерно в 7 км к северу от Александровки.

16 февраля в 10.00 III./227 с танковой поддержкой атаковал лежащую в 3 км к северу от Елизаветовки Котовку. Сначала он спустился по склонам вниз, потом опять вверх. Огонь обороняющихся становился все сильнее, так что в конце концов атаку были вынуждены прекратить. Подразделения батальона остались лежать за поспешно насыпанными снежными укрытиями целый день, так как танки быстро израсходовали боеприпасы и отошли обратно. Только после наступления темноты можно было оторваться от врага и снова возвратиться на исходные позиции. II./227 наоборот удалось взять расположенную дальше к востоку Федоровку. В тот же день ударная группа Занне захватила ударом из Громовой Балки Очеретино. Таким образом, был создан исходный район для нового наступления в северном направлении. Валлонский батальон отпущен в Громовую Балку.

Полковник Найбекер (Neibecker), командир IR.227, был в этот день жалован Рыцарским крестом. Это не только признательность успехов полка в течение последних недель, но и его достижений в 1941 году.

17 февраля подарило 54-му полку нового командира: Майор Пулит (Pulit) принял командование полком. В тот же день I./IR.92 капитана Шенберга (Schönberg) и II./54 захватили лежащую в 5 км к северо-востоку от Андреевки Беззаботовку (л. 159). Русские сильно защищались при поддержке артиллерийского и минометного огня, но все же пехота хлынула без того, чтобы оказать большое сопротивление, с ее позиций на высоте к югу от населенного пункта назад. Также не смогли задержать отход и русские штурмовики. На окраине села сопротивление усилилось, но с помощью нескольких штурморудий, которые совместно с пушками боролись с пулеметными гнездами, через час после наступления темноты враг был отброшен из Беззаботовки. Проведенная с 21.00 контратака русской пехоты и 3 танков была отбита.

На следующее утро еще до рассвета боевое охранение сообщило, что русские атаковали с севера с танковой поддержкой. Танки русских сначала вывели из строя противотанковую оборону и пулеметные позиции, 2 Т-34 въехали затем в село и поджигали один дом за другим. Другие 6 танков с десантом пехоты, а так же пехотой силою примерно 3 рот ударили с северо-запада. На полчаса позже сюда атаковал батальон с запада и юго-запада. Между тем посветлело, и теперь также прибыла благодать сверху! Русские истребители и легкие бомбардировщики загнали немцев в укрытия, в то время как их мотострелки и стрелки с 3 сторон проникли в место. Ничего больше нельзя было сделать, Беззаботовку были вынуждены сдать. И хоть большинству, захватив с собой всех раненых, удалось уйти на юг и юго-восток, тем не менее командир I./92 капитан Шенберг остался со своим штабом и другими солдатами его батальона в селе и больше не мог пробиться на юг,

4 месяца спустя в Беззаботовке были обнаружены 2 братские могилы. В одной лежали, частью абсолютно нагишом, немецкие солдаты, которые были убиты в большинстве выстрелом в затылок. В другой нашли 56 немецких солдат, которые приняли большей частью зверские мучения. В том числе здесь находился единственный полностью раздетый командир I./IR, который, как показало расследование, был забит насмерть.

Оба батальона II./54 и I./92 или что от них осталось, должны были обороняться еще между Беззаботовкой и Андреевкой против вражеской пехоты и во второй половине дня занимали позиции вокруг Андреевки; само село превратили в опорный пункт (с. 160).

Русская авиация вмешивалась, однако, не только в непосредственное развитие событий на поле боя. В тот же самый день произошел первый воздушный налет на Гришино, которое, естественно, считалось станцией. И далее до апреля следовали днем и ночью бомбардировки. Гришино и другие населенные пункты на дороге были очищены от всех лишних воинских частей, чтобы избежать потерь. Ночью появлялся теперь устаревший бомбардировщик «Поликарпов ПО-2», биплан, от пехотинцев получивший прозвища "швейная машина", "UvD (дежурный унтер-офицер)", "Заноза в заднице" или „Kohlenschipper“, от русских „Кукурузник“, и бросался вниз на бреющем полете при выключенном моторе, подкрадывался в планирующем полете и сбрасывал свои 25 и 50 кг бомбы на каждый источник света, который мог распознать.


19 февраля гарнизон Андреевки и лежащих к западу населенных пунктов получил отсрочку от казни и лучше приготовился к обороне. Заместо них русские атаковали сильной пехотой и 7 танками расположенное в 5 км к востоку Очеретино. Хотя село было уже наполовину потеряно, разведбату в ожесточенной борьбе удалось там удержаться и снова отбросить врага. Предпосылки к этому были созданы легкой полевой гаубицей I./83, расчет которой смог подбить не менее чем 4 Т-34 на ближней дистанции.

20 февраля на широком фронте началось серьезное контрнаступление русских далеко превосходящими силами и многочисленными танками. Когда приготовления к северу от Андреевки были опознаны, III./83 открыл огонь по расположенной примерно в 2 км северо-восточнее села балке Копани, а также 12 Ju 87 сбросили свои бомбы на массированные вражеские силы. Тем не менее, это повлекло за собой только то, что враг сдвинулся дальше на запад, предоставив ударной группе Занне еще 1 льготный период. Вместо этого всю мощь массированных атак приняла на себя ударная группа Хубе.

На Надеждовку, что в 2 км к западу от Андреевки, которая защищалась лишь 1 взводом, атаковали сразу 8 танков с пехотой. Все захваченные 15 февраля населенные пункты снова были потеряны. В предвечерний час этого кровопролитного дня 20 февраля противник снова попробовал ворваться с северо-запада в Андреевку, однако уже на подходе был расстрелян огнем артиллерии, пехотных орудий и минометов и был вынужден отойти на север (с. 161).

Снова и снова враг пытался проникнуть в Александровку, впрочем IR. 227 не только удержался, но и даже смог снова овладеть потерянными высотами к северу от места.

В ночь на 21 февраля I./Schtz.-Rgt.103 майора Зайделя (Seidel) был послан из Александровки на марш на Андреевку, чтобы блокировать прорыв к востоку, на 6-км участке по прямой линии. Однако русские снова оказались быстрее, каким-то шестым чувством учуяли пробелы и стыки и успели занять господствующую высоту 187,5 между обоими селами. Поэтому утром 21 февраля 2 роты I./103 вместе с 3 штурморудиями вынуждены были атаковать высоту. Нападение встретило значительные вражеские группы на фланге, но после уничтожения многочисленной бронетехники русские были вынуждены с оставлением высоты отойти на север.

В течение следующих дней сила вражеских атак утихла. Очеретино, Громовая Балка, Андреевка и Александровка и дальше остались во владении 100-й дивизии, которая все еще оставалась разделенной на группы Занне и Хубе. Внимательными солдатами одной разведгруппы при обыске мертвого красноармейца были найдены русские таблицы шифров. В 100-м батальоне связи они после трудоемкой кропотливой работы были обработаны, и таким образом мы теперь в состоянии в течение следующих недель расшифровывать русские радиограммы. Группа радиоперехвата дивизии 27 февраля услышала несколько важных радиограмм, из которых вытекает, что в Беззаботовке и Запаро-Марьевке, в 6 км севернее Андреевки, 255-я и 216-я русские стрелковые дивизии, а также 131-я танковая бригада. На основании этого была объявлена наивысшая боевая готовность.

В результате с 22 февраля генерал Занне был награжден Рыцарским крестом. Через эту награду командира успехи дивизии также находят надлежащее признание.

С завтрашнего дня 28 февраля русские снова в большом наступлении штурмуют оборонительный рубеж группы Занне. Очеретино, занятое по-прежнему 100-м разведбатом, и Андреевка, в которой находилась мешанина разных войск, костяк которой образовывал IR.54, были так же атакованы танками и пехотой. Очеретино было просто задавлено 45 тяжелыми и очень тяжелыми танками. Другим в Андреевке жилось не лучше. Пехота следовала за 9 танками силою примерно в 5 батальонов. При этом русские позволили танкам в 300 м перед деревней, покрытой небольшими впадинами, останавливаться и подавлять пулеметные гнезда, в то время как пехота под защитой артиллерии и минометов подходила к самому населенному пункту. Собственная артиллерия, в т.ч. особенно целеустремленно стрелявшая 9./83 пожертвовала своими стволами, но тем не менее не смогла воспрепятствовать, чтобы 3 русских танка объехали минное заграждение перед северной частью Андреевки и под их прикрытием русские саперы вопреки огню пулеметов и пехотных орудий демонтировали эти мины (с. 162). Все больше русских выходили из Беззаботовки, исчезали в балках и низинах и затем внезапно снова появлялись перед Андреевкой. В дивизии была запрошена срочная поддержка Ju 87.

В то время как еще можно было сохранить западную и северную части, большим группам русских удавалось с помощью отдельных танков снова и снова с северо-востока и севера продвигаться вперед частично вплоть до центра села. В контратаке 6-й роты вместе с 2 штурморудиями и 1 зенитной боевой группы удалось подбить 2 танка, повредить 4 других и отбросить врага. Занятый русскими район Андреевки был оцеплен 2-й ротой 54-го полка. Теперь собрали все, что имелось в распоряжении I./92 и 54-го полка и бросили на противника, у которого больше не осталось танков в селе, при поддержке штурморудий на восток и север из этого села. В 12.00 все позиции на окраине села были снова в наших руках. Теперь появилось время для ухода за ранеными, а также для сигарет.

Наконец, с юга прибыли Ju 87. Вопреки сильному русскому оборонительному огню они пикировали с ревущими сиренами 3, 4, 5 раз и бросали свои бомбы в балки перед Андреевкой и на скопления противника.

Спустя час враг атаковал снова, на этот раз с 2 ротами и 1 танком с севера. Вопреки заградительному огню русские сблизились до наших позиций. Только когда штурморудие подбило танк, русская пехота также снова удалилась.

Часом позже наблюдали, как советские общевойсковые соединения в до сих пор никогда не замеченных массах проходят между Андреевкой и расположенной в 2 км к востоку Громовой Балкой. При них были 10 танков, которые с высоты 2,0 в 500 м к югу от восточного угла Андреевки начали обстреливать огневые позиции III./83. Однако он не остался в долгу и ответил из всех стволов. Пехота из тяжелого оружия и вышедший на позиции севернее Ново-Беззаботовки хорватский артиллерийский дивизион стреляли при наивысшем использовании боеприпасов по массам пехоты русских, что скоро дало эффект. Запланированное, по-видимому, с юга на Андреевку нападение остановилось, и скоро массы в диком разложении откатились. Несколько немецких танков, которые нагрянули сюда из района Громовой Балки, ударили врагу во фланг и ускорили его отход. Вскоре после того Ju 87 вернулись и сбросили свои бомбы на противника между Андреевкой и Беззаботовкой, так что о повторном нападении на Андреевку русские уже не думали.

Что произошло в Громовой Балке? (с. 163) Там оборонялся 373-й Валлонский пехотный батальон, валлонский легион, силою примерно 500 солдат. С 25 февраля к деревне регулярно подъезжали, в большинстве случаев после наступления ночи, русские танки, стреляли пару раз в дома и снова исчезали. 27 февраля лежащая юго-восточнее деревня Голубовка была атакована превосходящими силами русских и была сдана рано утром 28 февраля. Только несколько дюжин солдат I./SS-Rgt. „Germania“, которые защищали Голубовку, смогли отступить в Громовую Балку.

Вскоре после этого Громовая Балка была атакована 2 русскими пехотными полками и 14 танками. Несмотря на хороший заградительный огонь артиллерии русские приближались все ближе к деревне и захватили в упорном ближнем бою северо-восточную часть Громовой Балки. Также танки и пехота ворвались в деревню с северо-запада и все дальше оттесняли защитников.

И тогда произошло чудо! Пикирующие бомбардировщики атаковали танки и разгромили — ни одна бомба не пала в собственные ряды — вражеское нападение против удержанной валлонцами части Громовой Балки. Это были те немногие машины, которые поддерживали с воздуха и боевую группу Мора в Андреевке. Танки развернулись, русская пехота повернула назад и легион «Валлония» контратакой отбил обратно всю Громовую Балку.

Теперь вояки смогли получить передышку, раненым оказана помощь, и их вывезли на дивизионный медицинский пункт в Степановке. Но уже скоро русские предприняли повторную атаку. От группы Занне была обещана помощь, также в поле зрения появились собственные танки, однако, повернули на запад, и вскоре после этого из этой местности можно было слышать сильный шум боя (это были танки, которые атаковали откатывающихся от высоты 2,0 врагов с фланга). Снова русские при танковой поддержке атаковали Громовую Балку, ворвались в это место, и в 16.00 легионеры держались только в основном на юго-западной окраине населенного пункта. Теперь командир батальона собрал последние резервы — писарей, связных, поваров — и предпринял контратаку. В ближнем бою сначала 1 хижина, затем еще и еще были отвоеваны. Противник оказался неуверенным, и теперь произошло второе чудо: с запада приблизилась 1 рота, бросилась в бой, а после того, как также появилось несколько немецких танков, русские окончательно отступили. С наступлением темноты Громовая Балка был снова во владении валлонцев. Несколько сотен мертвых русских остались лежать внутри и вокруг места. Сам легион потерял 250 солдат убитыми и ранеными.

Так как деревня, которая лежит в низине, почти полностью разрушена, то по приказу ударной группы в ночь на 1 марта была оставлена 373-м Валлонским пехотным батальоном, который отошел на позиции на высоте в 1,8 юго-западнее Громовой Балки (с. 164).

Как раз вовремя, так что после наступления рассвета тяжелый артиллерийский огонь русских так же не имел успеха, как и последующее нападение в пустоту. Так как теперь по деревне открыла огонь немецкая артиллерия, противник также отошел из низины на восточный склон позади нее.

В Андреевке ночью положение оставалось неизменным. 100-й разведбат был вынужден сдать Очеретино, после наступления рассвета занял высоту 186,9 в 1 км юго-восточнее Андреевки, вследствие этого пробел между нами и валлонцами был закрыт и повторное просачивание русских в район 2,0 было предотвращено. Все было устроено так, как было предусмотрено.

В 7.00 русские появились там снова. 2 батальона с танками тщетно пытались проникнуть с востока в Андреевку. С другими войсками противник на высоте 186,9 отбросил 100-й разведбат, который едва ли имел время окопаться, вниз на южные склоны. Рота I./103 с 3 штурморудиями и 4,7-см самоходным орудием проходила маршем к западу от высоты 2,0 мимо нее и повернула на восток. Совместно с разведбатом она снова согнала противника, который стоял с 2 ротами и несколькими танками, с высоты 186,9. При этом она поддержала также группу Фляйшманна (Fleischmann) из 1.Geb.-Div., которая еще раньше помогла валлонцам. Теперь группа Занне состояла из настолько многих объединений, что даже сам майор Хенкель (Henkel) из Генштаба затруднялся всех их различать. III./83 (по терминологии "кулёр-дивизион"), который чаще взаимодействовал с IR.54, постоянно устраивал хорошие огневые налеты по отходящему противнику и таким образом ускорил его отход. С наступлением темноты прежнее положение было восстановлено.

2 марта русские снова с танками попытались прорваться к востоку от Андреевки. Однако разведбатом, валлонцами и, прежде всего, группой Фляйшманна, которые с несколькими танками немедленно приступили к контратаке, прорыв был предотвращен. Еще дальше справа слышали шум боя, но и там немецкий фронт удержался. С полудня затишье от атак. В секторе 227-го полка, при группе Хубе, за прошедшую после окончания последней атаки неделю фиксировалась только деятельность разведки.

Во второй половине дня валлонский легион был сменен. С оставшимися 2 из 22 офицеров и только 1/3 наличного состава прошлой недели батальон перешел на отдых в Благодать.

Ночью была подслушана русская радиограмма, которая приказывала начать огневой налет перед атакой на Андреевку 3 марта в 7.00, после чего все подразделения были приведены в повышенную боеготовность.

Подготовка боевой группы оказывалась правильной. 45 минут русские примерно 12 батареями барабанили по Андреевке и высоте 2,0, затем последовало нападение (с. 165). С северо-запада, севера и северо-востока вражеская пехота выходила вблизи наших позиций, однако, оставалась лежать под заградительным огнем артиллерии и тяжелого оружия пехоты в 300 м перед деревней. 1 Т-34 в сопровождении взвода пехоты удалось ворваться с севера в деревню. Единственное 88-мм орудие, которое могло его подбить, не находилось в боевом положении. Поэтому танк двинулся дальше, яростно ведя огонь вокруг себя, вплоть до деревни. Позади 1 здания стояло штурморудие, командир которого намеревался этот Т-34 таранить, так как он думал, что не сможет подбить этот русский танк. Когда появился подходящий момент, когда вражеский танк выдвинулся из-за дома, штурморудие на полном газу рвануло и садануло его сбоку. Оба отъехали чуть назад, русский повернул, а когда еще и ручная граната взорвалась на его башне, он выехал из деревни на север. Впоследствии взрывом мины он потерял еще 1 гусеницу, забил себя в ближайшую низину и был брошен своим экипажем.

При поддержке 2 других штурморудий северная часть деревни была зачищена. Все выжившие русские бежали в балку Копани.

В 11.30 была обнаружена подготовка к повторной атаке 2 батальонов к северо-западу от Андреевки. Танки, которые как раз подъехали для контратаки на задний склон высоты 2,0, были немедленно отправлены на высоту 187,5, которая пала раньше. Прямо с марша последовала контратака, после чего враг тотчас улетучился на север.

Обнаруженные в 11.30 2 русских батальона вновь атаковали Андреевку с танковой поддержкой и в 14.00 ворвались в северную часть места. 3 Т-34 гоняли вокруг, стреляли в каждый дом и во все, что двигалось. С использованием последних резервов удалось выбить русских еще 1 раз. Также удалились все 3 танка, которые не имели уже серьезного противника, т.к. 2 штурморудия вышли из строя.

Противник все еще не унимался, он снова попытался из низины в Громовой Балке атаковать Андреевку. Артиллерия открыла заградительный огонь, саперная рота, конный и самокатный взвода 54-го полка ударили от высоты 2,0 во фланг русским. В то же время 5 танков правого соседа приехали от высоты 186,9 и атаковали врага в спину. Уже не думая о сопротивлении, он, наконец, убегал толпами на север.

В течение следующих дней спокойствие господствовало перед всем фронтом корпуса, которое он использовал, чтобы распутать беспорядочные объединения. 6 марта обрушилась метель, которая задержалась почти на 48 ч. 9 марта началось новое сильное вражеское нападение, которое лишь только краем коснулось дивизию (ударная группа Занне была между тем расформирована) (с. 166). На этот раз целью был сосед справа, который, однако, выдержал. I. и II./83, а также хорватский артдивизион поддерживали соседа огнем с фланга. Части 60.ID. (mot.) были снова подведены, подчинены дивизии и задействованы на стыке. Русские атаки постепенно ослабевали, 12 марта уже вся 60-я дивизия ударила совместно с соседней дивизией и при этом захватила Фидлерово и Голубовку. Последующим ударом 60.ID. (mot.) почти достигла Очеретино, но 14 марта согласно приказу отошла назад. 1 полк 60-й дивизии оставался пока что в подчинении 100-й дивизии.

13 марта в третий раз в течение одного месяца Рыцарский крест Железного креста передавался военнослужащему дивизии. Капитан Клаусграбер (Klausgraber), командир III-го батальона 227-го полка, стал 4-м офицером в 100.le.ID, который получил эту высокую награду. III./IR.227 и зарекомендовавший себя его командир выполнили в течение последних недель во время атак и обороны свой долг более чем.

У хорватов, которые были применены главным образом на правом фланге дивизии, еще в феврале в качестве представителя штаба от IR.369 был назначен подполковник Бабич (Babic). Полковник Маркуль (Markulj) уехал на довольно долгое время в Хорватию за пополнением для полка, который понес уже значительные потери.

Все еще стоял жгучий мороз, часто термометр опускался до -25 °. Неприятнее всего был при этом ветер, который хлестал над украинской землей и еще более усиливал чувство холода.

17 марта противник атаковал еще раз Голубовку. Впрочем он был уже на подступах удержан II./83 и совместно с тяжелым оружием пехоты расстрелян, что он даже не смог приблизиться на дистанцию броска в атаку в населенный пункт. Тогда его ударная сила — по меньшей мере, в секторе нашей дивизии — исчерпала себя, и за исключением действий разведдозоров противник вел себя спокойно весь остаток марта, а также в апреле.

Теперь дивизия могла сместить свои полки, частично даже вывести их с фронта и послать на отдых. Таким образом, начиная с 18 марта, высвободили из Андрееевки в том числе IR.227 с частями IR.54. Горные стрелки были выведены из Голубовки и там были применены части приданного полка 60.ID. (mot.). Таким образом, 100-я дивизия на короткое время располагала более 4 пехотными полками, а также 1 пехотным батальоном (373) наряду с подразделениями дивизии (только IV./83 находился все еще в Харькове), хотя, впрочем, количество ее личного состава сильно упало. Только в последней трети апреля в течение короткого времени прибыли 2 новых маршевых батальона (100/1, 100/2).

После суровой зимы на последней неделе марта потеплело. Наступило таяние снега, и скоро все плавали в воде или переходили вброд по колено в тине (с. 167). Хотя после окончания тяжелых боев были построены новые тропинки и мосты, но все же река могла переходиться в некоторых местах после начала таяния снега только на надувных лодках. Тут и там встречались несколько случаев сыпного тифа, тем не менее, соответствующие мероприятия карантина смогли предотвратить угрозу эпидемии.

Стрелковые окопы, бункеры и траншеи были вынуждены вычерпывать, чтобы не утонуть там, влажные стенки уступали, и некоторые с трудом выкопанные позиции целиком обрушивались. Только к концу апреля, когда прибыли маршевые батальоны, дорожные условия улучшились и жизнь на позициях стала сносной.

Этот месяц прошел также переменах в дивизии: с вступлением в силу с 1 апреля пехотные полки легких пехотных дивизий переименовывались в „Jägerregimenter“. Теперь "стрелок" назывался "егерем", унтер-офицер – "Oberjäger" ("Oberschütze" сохранял его имя, чтобы избегать путаницы с унтер-офицером)…(с. 168)

Tags: 100.id, г. Барвенково, зима 1941/42 гг.
Subscribe

Posts from This Journal “100.id” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments