Максим (tankoved34) wrote,
Максим
tankoved34

Category:

10-я танковая бригада. ч.19. Июньские бои к северу от Волчанска

Провал контрнаступления 12 июня 1942 г.

Утром 10 июня 1942 г. немецкая 6-я армия перешла в наступление, начав так называемую операцию «Вильгельм» с целью окружения и разгрома 28-й армии Юго-Западного фронта. В полосе левофланговой 301-й стрелковой дивизии 21-й армии и правофланговой 169-й стрелковой дивизии 28-й армии атаковала немецкая 336-я пехотная дивизия (VIII.AK). За день обе советские дивизии оставили свои позиции к западу от Северского Донца и отошли на восточный берег, при этом немцами был захвачен и создан плацдарм на восточном берегу реки. Вечером началась переброска на это направление из резерва 21-й армии 293-й стрелковой дивизии [153, л. 13]. По состоянию на 5 июня 293-я дивизия насчитывала 7830 человек личного состава (68,4 % штатной численности) [64, л. 72].

10-я танковая бригада по состоянию на 10 июня все так же располагалась в резерве командующего 21-й армией в районе села Проходное. В строю оставалось лишь 4 танка Т-60. Также к этому времени бригада насчитывала 1114 человек личного состава, 8 орудий (4 37-мм, 4 76-мм), 5 82-мм минометов, 10 ПТР, 6 пулеметов (3 станковых, 3 ручных), 186 ППД, 440 винтовок [139].

В тот же день, 10 июня, на пополнение бригады прибыло на станцию Новый Оскол и выгрузилось 26 танков (10 Т-34, 16 Т-60) [153, л. 13]. Не дожидаясь их прибытия в расположение бригады, штаб армии отдал бригаде приказ: сосредоточиться в лесу восточнее села Яблочково (севернее с. Нежеголь) в готовности для действий совместно с 293-й стрелковой дивизией на Волчанск с задачей: воспретить дальнейшее продвижение противника на восток. 2 часа спустя после получения этого приказа, около 24.00 в расположение танковой бригады после 80-километрового перехода прибыли новые танки. За ночь они были спешно укомплектованы экипажами, боеприпасами, после чего с 6.00 11 июня бригада выступила в район сел Яблочково, Дмитриевка. Подвергшись в пути ударам немецкой авиации, бригада в тот же день, 11 июня, прибыла в заданный ей район. Ориентировочно 11 июня бригадой было получено еще 8 танков КВ-1, после чего ее танковый парк вырос до 38 исправных танков (8 КВ-1, 10 Т-34, 20 Т-60), однако к началу наступления танки КВ-1 в расположение бригады не успели прибыть [146, л. 367, 374]; [154, л. 123].

Пока 10-я танковая бригада еще находилась на марше, переброшенный к северу от Волчанска 1034-й стрелковый полк 293-й СД 11 июня вступил в бой против 336-й пехотной дивизии, под натиском которой к 16.00 с боями отошел на рубеж: совхоз Шебекинский (ныне пос. Шебекино Поле) – северо-восточные скаты высоты 163,7 (4 км юго-восточнее совхоза Шебекинский). Справа от него отступил в лес южнее Титовки 556-й стрелковый полк 169-й СД. Слева от 1034-го полка соседей не было, т.к. 2 других полка 169-й СД отошли далеко на восток в Бочково и Ефремовку (ныне с. Охримовка) [153, л. 14]; [146, л. 374, 375].

Получив на усиление 10-ю танковую бригаду и 556-й стрелковый полк 169-й СД, 293-я стрелковая дивизия вместе с тем получила задачу перейти в контрнаступление через Новую Таволжанку на Волчанск навстречу войскам 28-й армии с целью окружения и разгрома Волчанской группировки противника. Штаб 293-й СД не стал подчинять танковую бригаду ни одному из своих стрелковых полков, а поставил ей самостоятельную задачу: атаковать вдоль дороги Нежеголь – Герлеговка (ныне в северной части г. Волчанск), совместно с 1034-м стрелковым полком уничтожить противника в районе высоты 176,1 и совхоза Плетеневка и далее атаковать на Герлеговку. Все 4 стрелковых полка должны были атаковать в 1-м эшелоне [150, л. 177].

Наступление началось с 5.00 12 июня. В полосе наступления 10-й ТБр 1034-й стрелковый полк атаковал на совхоз Плетеневка и далее на Волчанск, а из-за его левого фланга на Герлеговку действовал 1036-й стрелковый полк. Правее них 1032-й и 556-й стрелковые полки атаковали на Новую Таволжанку [155, л. 32].

Непосредственно 10-й танковой бригаде противостоял 685-й пехотный полк 336-й ПД, с 11 июня перешедший к обороне на высотах 184,4, 163,7 и 157,6 в 7-7,5 км к северу и северо-востоку от Волчанска [130, F. 304]. На пути движения танков 10-й ТБр на высоте 163,7 оборонялся 1-й батальон 685-го ПП [131, F. 213]. На усилении 336-й пехотной дивизии находились батарея StuG III 244-го дивизиона штурморудий и батарея 88-мм зенитных орудий 1-го дивизиона 12-го зенитного полка [130, F. 1041].

О начале атаки танков на своем участке штаб 685-го ПП доложил наверх в 6.06, когда танки и появились перед немецкими позициями. Пехота танки первоначально не сопровождала. Немедленно со стороны 336-й ПД была запрошена поддержка авиацией, после чего в 6.40 последовали авиаудары по танкам 10-й ТБр и исходным позициям пехоты 293-й СД. Вслед за этим в 7.03 штаб 685-го ПП доложил, что советская пехота присоединилась к танкам и сопровождает их атаки. Тогда же для отражения атак танков на усиление 685-го пехотного полка в Плетеневку были направлены противотанковая рота и батарея 88-мм зенитных орудий [130, F. 304, 306].

По свидетельству немцев, танки 10-й ТБр действовали небольшими группами и весьма осторожно. Они появлялись перед немецкими позициями, подвергались обстрелу, выявляя огневые точки, после чего атаковали на другом участке, таким образом прощупывая всю немецкую линию обороны. Массированных танковых атак не было, вероятно, вследствие того, что большая часть имеющихся у 10-й танковой бригады танков была легкими танками Т-60. Тем не менее, мало-помалу танкисты несли потери. Первый танк 10-й ТБр был подбит и остался стоять на поле боя перед правофланговым 3-м батальоном 685-го ПП уже в начале 8-го часа, экипаж оставил танк и отошел [130, F. 306].

По всей видимости, это был Т-34 № 12117 старшины Владимира Кротова (1-й ТБ). Танк шел головным, а потому и был подбит первым огнем орудий ПТО перед высотой 184,4. Снарядом был пробит правый борт у сиденья радиста. Собственно радист младший сержант Василий Павлов и механик-водитель старшина Александр Павловский погибли, Кротов был ранен. Позже танк попытались эвакуировать. Был вызван на помощь танк Т-34 № 1276 лейтенанта Онищенко (2-й ТБ), но он также был подбит артиллерийским снарядом в правый борт, а экипаж из 3 человек был ранен [154, л. 124, 125].

1-ю танковую атаку немцам удалось отбить, в 8.04 штаб 685-го ПП доложил уже о 4 подбитых танках, а в 9.00 перед центральным участком полка была отражена 2-я по счету танковая атака 10-й ТБр [130, F. 306].



Штаб 10-й ТБр отчитался, что достаточно быстро танкисты прорвали оборону 685-го ПП между высотой 176,7 и совхозом Плетеневка, после чего были остановлены сильным огнем более чем 25 орудий противника и течение дня вели огонь с места, маневрируя в районе высот 176,7 и 163,7. Уже в первые минуты боя было подбито 2 танка Т-34. В своем отчете штаб 10-й ТБр жаловался на пассивность пехоты 293-й СД, а АБТО штаба 21-й армии также отметил отсутствие поддержки танкистов со стороны артиллерии 293-й СД. Оба штаба также жаловались наверх на беспрерывные удары немецкой авиации [154, л. 123, 127].

По данным штаба 21-й армии, в ходе контрнаступления 293-я стрелковая дивизия утром все же достигла высоты 180,6, что в 2 км севернее Герлеговки, но затем была контратакована противником силою до 10 «танков» (прим. – StuG III 244-го дивизиона штурморудий), к 10.00 сдала высоту 171,8 (восточнее совхоза Плетеневка) и с 10.00 под непрерывными ударами до 20 немецких бомбардировщиков была вынуждена приостановить свое наступление. По состоянию на 16.00 1034-й стрелковый полк находился на рубеже: 1 км юго-западнее совхоза Шебекинский – отметка 157,6 – отметка 163,7. Позади него на северо-западных скатах высоты 163,7 действовал 1-й танковый батальон 10-й ТБр, а главные силы бригады оставались на южной окраине Вознесеновки [153, л. 16]. Единственным достижением наступающих было то, что 1-й батальон 685-го ПП оставил высоту 163,7 и отошел к югу в район отметок 176,7 и 184,4 [131, F. 214].

По данным штаба 21-й армии, в общей сложности 12 июня 10-я танковая бригада потеряла 45 человек личного состава (6 – убитыми, 39 – ранеными) и 10 танков (7 Т-34, 3 Т-60), из них 3 танка Т-34 остались на территории, занятой противником [153, л. 17].

Штаб самой 10-й ТБр отчитался, что было подбито не 10, а 8 танков (6 Т-34, 2 Т-60), из них 4 танка Т-34 были разбиты и сожжены артогнем и остались на нейтральной территории [154, л. 123, 124, 127].

Правда, в итоге в безвозвратные потери были списаны только танки Т-34 № 1276, 12117 и 147150, так что, возможно, к реальным цифрам потерь 10-й ТБр в бою 12 июня более приближены цифры штаба 21-й армии.

Танки Т-34 № 1276 и 12117 лейтенанта Онищенко и старшины Кротова не удалось эвакуировать днем 12 июня из-за сильного огня противника, а ночью оба танка были сожжены противником [154, л. 125].

Танк Т-34 № 147150 младшего лейтенанта Тимофея Завизиона (2-й ТБ) был подбит огнем орудий ПТО. У танка были полностью разбиты ведущие колеса, 3 поддерживавших катка и левая гусеница, из-за чего танк сел на днище. Позже прямым попаданием авиабомбы снесло башню, которая воткнулась пушкой в землю. Т.к. местность простреливалась противником, эвакуировать полностью разбитый танк не стали [154, л. 125]. Сам Завизион в этом бою, по всей видимости, был ранен [98].

В именном списке безвозвратных потерь 10-й ТБр за 12 июня числится 5 убитых:

2 танкиста 1-го ТБ (старшина Павловский, младший сержант Павлов);

3 мотострелка (пулеметчик красноармеец Мулла Мухамедов, автоматчики красноармейцы Александр Гурьев, Назар Кирусенко) [2].

Со стороны 336-й пехотной дивизии было безвозвратно потеряно 1 75-мм пехотное орудие, правда, в журнале боевых действий штаба 336-й ПД не отмечено, кем именно было уничтожено это орудие: танками или артиллерией [130, F. 307].

Бой за Нежеголь 14 июня 1942 г.

После провала контрнаступления 13 июня 1942 г. 293-я стрелковая дивизия, усиленная 1-м и 21-м истребительными батальонами, оставив совхоз Шебекинский и высоту 163,7, перешла к обороне на рубеже: южная окраина Шебекино – безымянная высота южнее села Логовое – отметка 137,0 южнее Вознесеновки – отметка 178,8 чуть севернее совхоза им. Сталина (ныне пос. Ленинский). 10-я танковая бригада всеми силами сосредоточилась в лесу восточнее Яблочково [146, л. 406]. Наступившее здесь затишье продолжалось недолго.

В 3.30 14 июня 685-й и 686-й пехотные полки 336-й ПД, усиленные 2-й и 3-й батареями 244-го дивизиона штурморудий, перешли в наступление против 293-й стрелковой дивизии с целью ликвидировать ее присутствие на южном берегу реки Нежеголь и захватить плацдарм на северном берегу. За утро полки заняли населенные пункты Логовое, Вознесеновка, Пар, Ржевка, достигли речки Нежеголь, а в 6.45 левофланговый батальон 685-го ПП с ходу перешел ее по высохшему руслу, после чего 685-й полк занял села Щигровка и Нежеголь, создав плацдарм на северном берегу реки [154, л. 124]; [130, F. 310, 1028].

10-я танковая бригада перешла в контрнаступление в 7.30. Действовала она без поддержки пехоты 293-й СД, которая в беспорядке отходила на север, и без поддержки артиллерии, которая в 1-й половине дня совершенно не вела огонь. В ходе контратак танки самостоятельно прорвались к мостам южнее села Нежеголь, где под огнем немецкой артиллерии понесли большие потери и вынуждены были отойти к северу от Нежеголи [154, л. 124].

По данным штаба 21-й армии, в 10.00 в результате контратаки танков противник был отброшен на южный берег Нежеголи, после чего до 16.00 шли упорные бои в районе Вознесеновки [153, л. 18]. По сведениям штаба 293-й СД, в 17.00 685-й пехотный полк снова овладел селом Нежеголь, после чего противостоявший ему 1034-й стрелковый полк перешел к обороне на рубеже: северная окраина Ржевки – южные скаты безымянной высоты в 1,5 км севернее Нежеголи – юго-западная опушка леса севернее Щигровки [155, л. 34]. 685-й пехотный полк занял оборону в Ржевке, Нежеголи, Щигровке и на западной окраине Мало-Михайловки (на западном берегу р. Нежеголь) [131, F. 216].

Наиболее отличились в этом бою и были награждены экипажи 5 танков 10-й ТБр.

Экипаж КВ-1 врид командира роты тяжелых танков 2-го ТБ лейтенанта Владимира Бондаря (старший механик-водитель старший сержант Иван Конев, командир башни старшина Федот Яцечко) уничтожил около 20-25 немцев, 2 орудия ПТО, минометную батарею. Снарядом у танка заклинило башню, однако экипаж и дальше продолжал вести огонь, а после окончания боя отбуксировал с поля боя 3 подбитых танка [97, л. 349, 692]; [176, л. 414].

Экипаж Т-34 командира взвода 2-го ТБ младшего лейтенанта Григория Позолотина (механик-водитель сержант Петр Гуз, башенный стрелок младший сержант Иосиф Косик, стрелок-радист младший сержант Иван Какунов), ворвавшись в Нежеголь, уничтожил до 40 немцев, 2 орудия ПТО, 1 станковый пулемет, подбил 1 StuG III, а также, судя по наградным листам на экипаж, эвакуировал 12 танкистов из состава экипажей подбитых танков [97, л. 53, 381, 416, 572].

Экипаж КВ-1, где старшим механиком-водителем был старший сержант Василий Белошицкий, а командиром орудия старший сержант Владимир Железняк (радист старший сержант Николай Мерзлютин, младший механик-водитель Алексей Гончаров; 1-й ТБ), уничтожил до 50 немцев, 1 StuG III, артиллерийскую батарею и 3 орудия ПТО [99, л. 251, 263]; [190, л. 484].

Экипаж Т-60 2-го ТБ, где механиком-водителем был сержант Василий Мовчан, уничтожил около 25 немцев. Когда в танке закончились боеприпасы, экипаж подвел свой танк к подбитому танку Т-60, забрал из него все боеприпасы, а затем отбуксировал подбитый танк в тыл. При возвращении на поле боя экипаж обнаружил окруженный немцами подбитый танк КВ-1, после чего своим огнем рассеял окруживших танк немцев. Выйдя из танка, экипаж КВ-1 на месте исправил повреждения и своим ходом вывел свой подбитый танк с поля боя. За этот бой Мовчан был награжден орденом Красной Звезды. Имя его командира танка не известно [97, л. 514].

Экипаж Т-60 сержанта Григория Марченко (2-й ТБ) уничтожил до 30 немцев, эвакуировал с поля боя 2 подбитых танка Т-60 и оказал помощь раненым экипажам этих танков. Когда в танке кончились боеприпасы, экипаж забрал у соседнего танка КВ-1 (вероятно, подбитого) патроны к пулемету и продолжал участвовать в бою, ведя огонь из пулемета [176, л. 194]

Всего немцы насчитали 9 танков 10-й ТБр, подбитых ими 14 июня перед плацдармом 685-го ПП. Скорее всего, тут не учтены те подбитые танки 10-й ТБр, которые смогли отойти с поля боя своим ходом. Оставшиеся на поле боя танки были опознаны немцами как 3 КВ-1, 3 Т-34, 3 Т-60, в т.ч. 5 танков были подбиты 1-й батареей 12-го зенитного полка, 2 танка – 1 батареей 244-го дивизиона штурморудий, 2 танка – орудиями ПТО 336-го противотанкового батальона. Т.е. главная заслуга в отражении контратак танков 10-й ТБр принадлежала расчетам 88-мм зенитных орудий [130, F. 312, 314].

В действительности в общей сложности 14 июня 10-я танковая бригада потеряла 55 человек личного состава (15 – убитыми, 40 – ранеными) и 16 танков (5 КВ-1, 3 Т-34, 8 Т-60): 10 танков (3 КВ-1, 2 Т-34, 5 Т-60) – подбитыми, 6 танков (2 КВ-1, 1 Т-34, 3 Т-60) – сожженными артогнем, из них 4 сгоревших танка (2 КВ-1, 1 Т-34, 1 Т-60) остались на поле боя [153, л. 20]; [154, л. 124-126]. Еще 2 подбитых танка КВ-1 были эвакуированы с поля боя ночью тракторами [97, л. 290]. Был эвакуирован с поля боя и разбитый танк Т-34 [97, л. 427].



Танк КВ-1 № 1683 лейтенанта Григория Гаврилова (1-й ТБ) был подбит огнем из засады при подходе к мостам через Нежеголь, сам Гаврилов погиб. Все попытки эвакуировать танк провалились, т.к. местность вокруг танка полностью простреливалась противником. В итоге танк сгорел и остался в расположении противника в селе Нежеголь [154, л. 125].

Танк КВ-1 № 10917 командира роты 2-го ТБ младшего лейтенанта Семена Дороха, маневрируя внутри села Нежеголь, был подбит артогнем с близкого расстояния. 1-м снарядом пробило левый борт, разбило аккумуляторы и правый передний бак, из-за чего машина тут же загорелась. От 2-го снаряда, пробившего левый борт, начали рваться снаряды и потекло масло. Сам Дорох погиб, механик-водитель был ранен, командир орудия был ранен и сильно обгорел. Танк сгорел и остался в расположении противника из-за невозможности его эвакуации [154, л. 125, 126].

Танк Т-34 № 36374 младшего лейтенанта Дмитрия Ульянова (1-й ТБ) был подбит на северной окраине села Нежеголь: машина получила пробоину от снаряда, был сбит люк механика-водителя. Сам Ульянов, его механик-водитель и башенный стрелок были ранены, а радист-пулеметчик во время эвакуации раненых также получил ранение, в связи с чем танк остался без экипажа. Высланный к танку запасной экипаж не смог подойти к танку, т.к. он находился в расположении немецкой пехоты, которая подожгла танк. Из-за невозможности эвакуации танк остался в расположении противника [154, л. 124, 125].

Танк Т-60 № 1687 сержанта Григория Иванова (1-й ТБ) был сожжен артогнем вместе со своим экипажем и остался на территории противника. Имя погибшего механика-водителя неизвестно. Возможно, это был погибший в тот день некий старший сержант Сергей Копцов из 1-го танкового батальона, должность которого неизвестна [2]; [154, л. 126].

В именном списке безвозвратных потерь л/состава 10-й ТБр за 12 июня числится 22 убитых:

8 танкистов 1-го ТБ (пом. ком. роты по тех. части воентехник 2-го ранга Всеволод Всесвятский, командир КВ-1 лейтенант Григорий Гаврилов, командир Т-60 сержант Григорий Иванов, старший механик-водитель КВ-1 старшина Николай Григорьев, механики-водители КВ-1 старший сержант Леонид Кульбацкий, сержант Владимир Семин, командир орудия КВ-1 старший сержант Алексей Васильков, радист КВ-1 старший сержант Дмитрий Потетюрин);

3 танкиста 2-го ТБ (командир роты лейтенант Семен Дорох, командир танка курсант Дмитрий Малюк, радист сержант Генадий Пашенцев);

11 мотострелков (командиры отделений старший сержант Степан Тополенко, сержант Георгий Буликанец, автоматчики красноармейцы Дмитрий Дмитриев, Сергей Долженко, Владимир Дотов, Платон Евграфов, Алексей Зверев, Федор Ильин, Алексей Пилюгин, Жера Сомхешвили, стрелок красноармеец Василий Сирухин).

Также в тот день погиб танкист 1-го ТБ старший сержант Сергей Копцов, не отмеченный в именном списке потерь; пропало без вести 3 мотострелка (командир отделения сержант Василий Еремчук, стрелки красноармейцы Александр Симоненко, Степан Смоленский) и был осужден военным трибуналом 293-й СД на 10 лет лагерей зав. склада 10-й ТБр сержант Григорий Шварцман [2].

По советским данным, в бою 14 июня 10-я танковая бригада подбила 2 «танка» (т.е. по факту StuG III), уничтожила до батальона пехоты, 14 орудий (2 75-мм, 12 ПТО) [146, л. 433].

В общей сложности в боях 12 и 14 июня 10-я танковая бригада, по подсчетам своего штаба, подбила 2 StuG III, в т.ч. 1 сожгла, уничтожила до 800 немцев, 13 орудий, 1 минометную батарею, захватила 3 пленных. Сама бригада потеряла 106 человек личного состава (25 – убитыми, 81 – раненым) и 24 танка, из них 7 танков (2 КВ-1, 4 Т-34, 1 Т-60) составили безвозвратные потери [154, л. 124]. Из ОБД «Мемориал» известны имена 28 убитых и 3 пропавших без вести 12 и 14 июня военнослужащих 10-й ТБр [2].  С учетом пропавших без вести, данные штаба 10-й ТБр в плане потерь личного состава 10-й ТБр не являются абсолютно полными.

По данным штаба 21-й армии, в общей сложности 12 и 14 июня 10-я танковая бригада потеряла 100 человек личного состава (21 – убитым, 79 – ранеными) и 26 танков (5 КВ-1, 10 Т-34, 11 Т-60) подбитыми [153, л. 17, 20]. Правда, далее в журнале боевых действий штаба 21-й армии приводятся цифры потерь в 32 танка (7 КВ-1, 12 Т-34, 13 Т-60), из них 9 танков (2 КВ-1, 4 Т-34, 3 Т-60) осталось на поле боя, а 23 подбитых танка (5 КВ-1, 8 Т-34, 10 Т-60) было эвакуировано в ремонт [153, л. 22].

Переход к обороне

После понесенных накануне тяжелых потерь в людях и технике 15 июня 1942 г. 293-я стрелковая дивизия с 10-й танковой бригадой уже не предпринимали попыток ликвидировать немецкий плацдарм на северном берегу Нежеголи. По состоянию на 15.00 1034-й стрелковый полк и 10-й мотострелковый батальон оставались в обороне в 600 метрах к северу от села Нежеголь, далее по южной опушке леса севернее Щигровки и далее по северному берегу реки Нежеголь до Терновой. Главные силы 10-й ТБр сосредоточились в районе Дмитриевки и лесу восточнее Яблочково [153, л. 20].

Днем 15 июня мотострелки, вероятно, подвергались обстрелу со стороны противника, в результате чего потеряли как минимум 1 человека личного состава (прим. – погиб пулеметчик красноармеец Яков Воронин) [2].

В общей сложности, по данным штаба 21-й армии, за 11-15 июня 10-я танковая бригада потеряла 32 танка и 130 человек личного состава: 22 – убитыми, 108 – ранеными [153, л. 21]. Впрочем, судя по ОБД «Мемориал» (прим. – за 12-15 июня 29 убитых и 3 пропавших без вести), это весьма и весьма заниженные данные потерь в личном составе [2].

Чуть позже (прим. – до 15.00 18 июня) 10-й мотострелковый батальон был отведен во 2-й эшелон 293-й стрелковой дивизии и с несколькими танками занял оборону на южной окраине Дмитриевки. 10-я танковая бригада основными силами оставалась в Яблочково и лесу восточнее него [155, л. 25]. 18 июня в районе высоты 207,3, что к западу от Ржевки, при неизвестных обстоятельствах пропал без вести стрелок 10-го МСПБ сержант Роман Сидорчук. Из ОБД «Мемориал» известно, что он не погиб, а смог дожить до конца войны. Также в тот день попал в плен некий красноармеец Афанасий Донцов из состава 10-й танковой бригады, который и вовсе не числится в ее именном списке безвозвратных потерь л/состава [2].

Благодаря усилиям ремонтников к 20 июня танковый парк 10-й ТБр был доведен до 27 исправных танков (3 КВ-1, 12 Т-34, 12 Т-60), еще 2 танка (1 Т-34, 1 Т-60) оставались в ремонте [64, л. 172]. В общей сложности с 11 июня танковый парк 10-й ТБр сократился на 12 танков (5 КВ-1, 7 Т-60), а с учетом 4 безвозвратно потерянных танков Т-34 в состав бригады поступило пополнение как минимум в 6 танков Т-34 [64, л. 172]. Также по состоянию на 20 июня бригада насчитывала 1147 человек личного состава, 152 автомашины, 8 орудий (4 зенитных, 4 ПТО), 5 минометов, 9 ПТР, 18 пулеметов (2 станковых, 16 ручных), 191 ППД и ППШ, 446 винтовок [64, л. 102].

На участке 301-й стрелковой дивизии

19 июня 1942 г. в полосе 301-й стрелковой дивизии – соседа 293-й СД справа – перешли в наступление немецкие 75-я и 376-я пехотные дивизии 29-го армейского корпуса, поддерживаемые 245-м дивизионом штурморудий. 301-я дивизия обороняла обширнейшую местность на участке: (иск.) Мясоедово – Крутой Лог – Маслова Пристань – Безлюдовка – Устинка (ныне одноименный квартал в северо-западной части г. Шебекино) – северная окраина Шебекино – (иск.) лесничество в 2 км восточнее Шебекино, тем самым образуя большой выступ линии фронта. Ударами на сходящихся направлениях немецкие дивизии разбили и отбросили за речку Корень 1050-й и 1054-й стрелковые полки 301-й СД, окружили к востоку от Масловы Пристани 1052-й стрелковый полк и к 15.00 вышли на рубеж: Кореньская Дача – Чураево – высоты 123,2 и 129,7 к востоку от Чураево, где приостановили свое продвижение [156, л. 18, 19].



Решив попытаться восстановить прежнее положение 301-й стрелковой дивизии, штаб 21-й армии перебросил на ее усиление мотострелковый и танковые батальоны 10-й ТБр, а также несколько батальонов 227-й и 293-й стрелковых дивизий. Оба батальона 10-й ТБр, 2 батальона 1036-го стрелкового полка 293-й СД и учебный батальон 301-й СД перешли на усиление левофлангового 1050-го стрелкового полка, который с 19 июня занял оборону на юго-западной окраине Пенцево и тропе к востоку от Пенцево. С этого рубежа с 13.00 20 июня усиленный 1050-й полк перешел в контрнаступление в южном направлении и к 18.00 достиг восточной части Кашлаково и южной опушки леса к востоку от Чураево [156, л. 19, 20].

На усиление 1050-го полка был переброшен 2-й танковый батальон 10-й ТБр в составе 8 танков (4 Т-34, 4 Т-60). Подробности их боевых действий не известны [153, л. 26]. В журнале боевых действий штаба 29-го АК танки 10-й ТБр не отмечены вовсе. Возможно, что они так и не дошли до района Пенцево. Вся здешняя местность, расположенная между речками Корень и Короча, была густо усеяна лесами и болотами, изрезана ручьями, лощинами и оврагами. Имеющиеся здесь лесные просеки были узки и извилисты и не были пригодны для движения танков, о чем позже неоднократно докладывал наверх штаб 10-й ТБр [154, л. 130].

С 11.00 21 июня 1050-й стрелковый полк с 2 ротами учебного батальона, 2 батальонами 1036-го СП и 2 батальонами 10-й ТБр без какой-либо тщательной подготовки, не имея точных данных о противнике, возобновил наступление из района лесничества (2 км восточнее с. Чураево) на западной опушке леса в западном направлении на Чураево, но под артминометным огнем противника успеха не имел и отошел обратно в лес. Следом за ним немцы прорвались в юго-западную часть леса и стали распространяться по лощине к лесничеству, что в 4,5 км к востоку от Чураево [156, л. 24].

Так описывал это наступление штаб 301-й СД. Штаб 21-й армии отчитался о несколько иных событиях. Согласно его версии, к полудню 21 июня советские части полностью заняли Кашлаково, где захватили 13 подбитых немецких танков и 3 орудия. Собственно 10-й мотострелковый и 2-й танковый батальоны 10-й ТБр вели бой как раз в районе Кашлаково. 1-й танковый батальон оставался в лесу восточнее Яблочково и в боевых действиях не участвовал [153, л. 26, 27].

22 июня усиленный 1050-й стрелковый полк оставался в обороне на участке: Кашлаково – южная опушка рощи к востоку от Чураево. С 16.00 3 танка Т-34 10-й ТБр с группой автоматчиков провели зачистку юго-западной части леса от прорвавшихся туда накануне немцев, однако полностью выбить немцев оттуда так и не удалось [156, л. 17].

Согласно наградному листу на командира роты средних танков 2-го ТБ лейтенанта Евгения Терентьева (прим. – в эти дни возглавлял группу из 4 танков Т-34), удар его танков позволил без потерь вывести из окружения 1052-й стрелковый полк [173, л. 509]. Всего за день из окружения вышли более 400 человек [156, л. 17]. Главные силы 10-й ТБр в тот день были переброшены в лес восточнее села Никольское [153, л. 28].

23 июня 1052-й стрелковый полк продолжал выходить из окружения, а со стороны 1050-го полка была вновь проведена операция по зачистке южной опушки лесов восточнее Чураево, только теперь для этого были задействованы более крупные силы. В 18.00 2 роты учебного батальона и 1-й батальон 1052-го СП при поддержке 9 танков 10-й ТБр перешли в наступление и, сломив упорное сопротивление противника, в 23.00 вышли на эту опушку, заняли ее и приступили к ее укреплению [156, л. 27]. За день 301-я стрелковая дивизия потеряла 72 человека личного состава. Возможные потери 10-й танковой бригады в тот день не известны [156, л. 28].



С 4.30 24 июня противник перешел в наступление на участке 301-й дивизии. В 6.00 под сильным воздействием огня противника и ударом до батальона пехоты противника 1050-й стрелковый полк оставил свои позиции в лесу восточнее Чураево и стал в беспорядке отходить, благодаря чему противник к 10.00 занял южную опушку леса, а в 13.00 занял лесничество, где закрепился. Также, по сведениям штаба 21-й армии, в 9.30 противник занял Кашлаково и южную окраину Пенцово, а к 15.00 занял высоту 204,8 (6,5 км восточнее с. Чураево) и к 17.00 вышел на южные скаты высоты 207,3, тем самым обойдя с востока 1050-й стрелковый полк в лесах восточнее Чураево. После вмешательства штабных работников 301-й СД 1050-й стрелковый полк был остановлен и занял рубеж обороны: южная окраина Пенцево – дорога от Пенцево на лесничество – 500 метров севернее лесничества. В 18.00 после артналета полк одним батальоном перешел в контратаку и к 20.00 занял лесничество [153, л. 30, 31]; [156, л. 28].

В именном списке безвозвратных потерь л/состава 10-й ТБр за 24 июня числится 8 убитых (командир Т-60 1-го ТБ старший сержант Михаил Комаровцев, зам. ком. роты техобеспечения воентехник 2-го ранга Петр Дмитриев, командиры взводов старший лейтенант Алексей Бугаев, воентехник 2-го ранга Иван Аверьянов, старший фельдшер Дмитрий Иванов, механик-регулировщик красноармеец Григорий Волкодавов, шоферы красноармейцы Владимир Егоров, Федор Перепелица);

3 пропавших без вести мотострелка (командир взвода старшина Степан Миткаец, командир отделения красноармеец Захар Шаманаев, стрелок красноармеец Петр Бурчаков).

Все 8 человек из роты техобеспечения погибли в районе села Стрелица во время бомбежки, мотострелки пропали в районе высоты 207,3, а танкист Комаровцев погиб в районе Чураево [2].



В 14.00 25 июня 1050-й стрелковый полк с частями усиления возобновил контрнаступление с рубежа: южная окраина Пенцево – дорога на лесничество – просека в 500 метрах севернее лесничества – пересечение просек в 2 км севернее высоты 207,3. Встретив сильный артминометный огонь со стороны противника, за день полк имел незначительное продвижение вперед и к 20.00 закрепился на рубеже: северная окраина хутора в 1,5 км южнее Пенцево – лесничество – пересечение просек в 1 км севернее высоты 207,3. За день 301-я стрелковая дивизия потеряла 49 человек личного состава [156, л. 29].

Подробности о боевых действиях конкретно 10-го мотострелкового и 2-го танкового батальонов в тот день не известны. В именных списках безвозвратных потерь л/состава 10-й ТБр за 25 июня числится:

4 убитых мотострелка (наводчик младший сержант Иван Харитонович, стрелки красноармейцы Степан Качуров, Григорий Осипов, Федор Папчухин);

3 пропавших без вести танкиста 2-го ТБ (зам. ком. батальона старший лейтенант Антон Марков, механик-водитель старший сержант Андрей Курочкин, командир башни сержант Александр Катиленец). Курочкин попал в плен 15 июля и пробыл в плену 34 месяца. Как позже выяснилось, Марков был ранен и оставался на оккупированной немцами территории до ее освобождения Красной Армией [2].

Судя по потерям, скорее всего, именно 25 июня было потеряно 3 танка Т-34. Согласно докладу АБТО штаба 21-й армии, 2-й танковый батальон в составе 6 танков Т-34 совместно с 10-м мотострелковым батальоном был брошен в атаку на высоту 207,3, однако в ходе атаки мотострелки были отрезаны противником от танков, а 3 танка Т-34 подорвались на минах и были затем разбиты артогнем на этой высоте. Т.к. танки остались в расположении противника и эвакуировать их не было никакой возможности, они составили безвозвратные потери [154, л. 128, 134].



26 июня по решению командующего 21-й армией 301-я стрелковая дивизия закрепилась на достигнутом рубеже, в т.ч. 1050-й стрелковый полк приступил к оборудованию рубежа обороны: южная окраина Пенцево – дорога на лесничество – 150 метров севернее лесничества – просека в 1 км севернее высоты 207,3 – юго- западная окраина села Репное. Собственно 10-я танковая бригада по решению командира 301-й СД сосредоточилась в районе хутора Александровский и лесничества в 3 км южнее Александровского, составив маневренную группу дивизии для нанесения контратак [153, л. 33]; [156, л. 33, 34]. В 20.00 противник силою до 500 человек пехоты с 12 минометами ударом с высоты 207,3, потеснив 2-й батальон 1032-го СП, вышел на тропу в 2,5 км к северу от этой высоты. После этого в контратаку на высоту 207,3 с 21.00 совместно с учебным батальоном 301-й СД была брошена рота 10-го МСПБ, однако контратака успехом не увенчалась. В общей сложности за день 26 июня 301-я стрелковая дивизия потеряла 36 человек личного состава. Потери 10-й танковой бригады неизвестны, в ее именном списке безвозвратных потерь убитые и пропавшие без вести за этот день отсутствуют [156, л. 33].

В ходе боев 27 июня учебный батальон 301-й СД с подчиненной ему мотострелковой ротой отбросил противника и к 14.30 овладел высотой 207,8, где и закрепился. 301-я дивизия потеряла 31 человека личного состава [156, л. 36]. В именном списке безвозвратных потерь л/состава 10-й ТБр за 27 июня числится 1 погибший – стрелок красноармеец Владимир Лопачев. Он умер от ран в районе высоты 207,3 [2].

Неизвестно, верно ли вообще донесение штаба 301-й СД о взятии высоты 207,3, однако уже 28 июня высота по-прежнему находилась в руках у противника, откуда он вел обстрел боевых порядков дивизии [156, л. 32].



В ходе боевых действий на участке 301-й стрелковой дивизии 10-я танковая бригада безвозвратно потеряла 3 танка Т-34. Только за 2 дня боевых действий вследствие тяжелых условий лесисто-болотистой местности сломалось 8 танков. В общей сложности за июнь 10-я танковая бригада потеряла безвозвратно 13 танков (2 КВ-1, 8 Т-34, 3 Т-60), а 12 танков (3 КВ-1, 5 Т-34, 4 Т-60) до 28 июня было отправлено на заводской ремонт [154, л. 128, 130].

28 июня заместитель командующего 21-й армией по АБТВ инженер-подполковник Толстиков подал командующему армией доклад о неправильном использовании 10-й танковой бригады на участке 301-й стрелковой дивизии с предложениями вывести бригаду с участка 301-й СД на более благоприятный для применения танков участок соседней 293-й стрелковой дивизии и впредь не подчинять бригаду командирам стрелковых дивизий [154, л. 129].

29 июня по решению командующего армией 10-я танковая бригада покинула район хутора Александровский и главными силами сосредоточилась в районе сел Стариково, Протопоповка [153, л. 38]. Ее танки и мотострелковый батальон перешли на усиление 293-й стрелковой дивизии, сменив 47-ю танковую бригаду 4-го танкового корпуса, которая ранее поддерживала 293-ю дивизию. По состоянию на 29 июня 293-я дивизия 3 стрелковыми полками обороняла 10-километровый рубеж: юная окраина села Репное – роща в 2 км восточнее Репного – роща южнее села Красная Поляна – Алхимовка (ныне в юго-восточной части с. Красная Поляна). Танки 10-й ТБр поступили на усиление всех 3 стрелковых полков и расположились на огневых позициях позади пехоты для ведения огня с места. Во 2-м эшелоне на северной окраине Красной Поляны сосредоточился 556-й стрелковый полк 169-й стрелковой дивизии с танками 10-й ТБр. Правее него занял 6-километровый рубеж обороны: Стариково – высота 212,5 - 10-й мотострелковый батальон [157].

В общей сложности, по одним данным, по состоянию на 30 июня 10-я танковая бригада насчитывала 38 танков (3 КВ-1, 12 Т-34, 11 Т-60, 5 Т-26, 7 БТ), в т.ч. 12 танков (5 Т-26, 7 БТ) находились в капремонте [158, с. 36]. Вероятно, это были те танки, потерянные 10-й танковой бригадой еще в мае под Муромом.

По другим данным (прим. – данные АБТУ штаба Юго-Западного фронта), по состоянию на 1 июля 10-я танковая бригада имела 23 танка (3 КВ-1, 9 Т-34, 11 Т-60) в строю и 11 танков (10 Т-34, 1 Т-60) – в войсковом ремонте. Потерянные 25 июня 3 танка Т-34 продолжали числиться в безвозвратных потерях [167]. С учетом находящихся в капремонте легких танков бригада должна была насчитывать 46 исправных и неисправных танков (3 КВ-1, 19 Т-34, 12 Т-60, 5 Т-26, 7 БТ).

По состоянию на 25 июня бригада имела в строю 1135 человек личного состава, 150 автомашин, 8 орудий (4 зенитных, 4 ПТО), 9 ПТР, 5 минометов, 13 пулеметов (2 станковых, 11 ручных), 131 ППД и ППШ, 446 винтовок [64, л. 187].

Список источников (ссылок)

Tags: 10 ТБр, 21 А, 336.id, 376.id, 75.id, ЮЗФ, г. Волчанск, лето 1942 г.
Subscribe

Posts from This Journal “10 ТБр” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments