Максим (tankoved34) wrote,
Максим
tankoved34

Category:

10-я танковая бригада. ч.16. Бои за Рубежное и Байрак конца марта 1942 г.

Дополнено и отредактировано 10.05.2021

Танковые бои за село Рубежное 24 марта 1942 г.

Пока на левом фланге ударной группировки 38-й армии успешно развивалось наступление на Песчаное, на правом фланге сложилось критическое положение. Утром 24 марта 1942 г. немецкая 3-я танковая дивизия 2 ударными группировками (прим. – боевые группы Грюнера и Мюнцеля) перешла в наступление, имея в своем составе в 3 танковых ротах в общей сложности 39 танков: 34 танка – во 2-м батальоне 6-го танкового полка (командир батальона майор Франк) и 5 танков 1-й роты 4-го танкового полка 13-й танковой дивизии (командир роты – обер-лейтенант Кукайн). Чуть позже к наступлению со стороны Перемоги 2 своими батальонами присоединилась боевая группа Булье, подчинявшаяся штабу 294-й пехотной дивизии [121, F. 1024]; [123, F. 115]; [124, с. 13, 14].

В этих боях 1-я гвардейская, 81-я и 227-я стрелковые дивизии были, по сути, разгромлены противником и отброшены далеко назад, сдав Байрак, Варваровку, Купьеваху, Драгуновку. Одна из танковых рот 2-го батальона 6-го ТП (прим. – судя по количеству танков, это была танковая рота капитана Марковски, насчитывавшая 19 танков) силами до 20 танков после ударов пикирующих бомбардировщиков ворвалась на огневые позиции 20-го гвардейского артполка 1-й Гв.СД в районе отметки 8,0 в 1,5 километрах от села Рубежного и к 10 часам полностью разгромила артиллерийский полк, при этом было потеряно 19 орудий [78, л. 42]; [122, F. 80].

В 9.00 в бой против прорвавшейся к западу от Рубежного немецкой танковой роты вступили танки 6-й гвардейской танковой бригады, насчитав перед собой до 18 немецких танков [62, л. 50]. К этому времени 6-я гвардейская танковая бригада, ранее имевшая только легкие танки, которые уже большей частью были потеряны ею в боях, получила (одновременно с 10-й танковой бригадой) на пополнение сразу 21 танк (1 КВ-1, 11 Т-34, 9 БТ). Правда, неизвестно, сколько из этих танков вступили в бой в тот день на западном берегу Северского Донца [74, л. 147]. Немцами у Рубежного к 11 часам наблюдалось всего 3 танка Т-34 6-й Гв.ТБр [122, F. 81]. Таким образом преимущество в танках целиком и полностью было на стороне немцев.

Тем не менее ввод в бой танков 6-й Гв.ТБр, вероятно, позволил задержать продвижение немецких танков и не дал им с ходу ворваться в Рубежное и отрезать войска 38-й армии от переправ. Чуть позже в район высоты 175,8, что у юго-западной окраины Рубежного, отошли остатки левофлангового 7-го гвардейского стрелкового полка 1-й Гв.СД в составе не более 60 активных штыков [78, л. 42]. Потихоньку формировалась оборона Рубежного.

Не надеясь ликвидировать прорыв немецких танков к Рубежному силами одних только танков 6-й Гв.ТБр и остатков разбитых дивизий, в 10.40 командующий 38-й армией своей телеграммой поставил 10-й танковой бригаде задачу: немедленно ввести в бой все только что полученные танки и, подчинив их командиру 6-й Гв.ТБр, в составе отдельного батальона уничтожить прорвавшегося к Рубежному противника [50, л. 525, 526]. В 11.00 штаб 10-й ТБр отдал командиру 1-го ТБ боевое распоряжение: немедленно силами имеющихся в районе Писаревки танков переправиться через Северский Донец и ударить по маршруту: Рубежное – Замулевка – Байрак [31, л. 488].

В 13.30 6 танков Т-34 1-го ТБ (прим. – в другом отчете штаба 10-й ТБр говорится о 7 танках: 6 Т-34, 1 БТ) переправились через Северский Донец у хутора Красный и с ходу в районе церкви в Рубежном вступили в бой с 18 немецкими танками. В первые же минуты были подбиты 2 немецких танка, а остальные танки отошли на запад вместе с пехотой. Преследуя их, танки 10-й ТБр двинулись вдоль западной окраины Рубежного [50, л. 526, 533]. Еще 2 немецких танка к 14.45 подбили танкисты 6-й Гв.ТБр [62, л. 50]. Штаб танкового батальона Франка по радио в 14.19 отчитался наверх о безвозвратных потерях в 3 танка [122, F. 82].

Из-за советской танковой контратаки попытка танкового батальона Франка с ходу занять Рубежное силами одной только танковой роты провалилась. Дождавшись прибытия пехоты, батальон к 17.45 снова атаковал на Рубежное и к 18.55 вместе со 2-м батальоном 3-го моторизованного полка все же прорвался в это село и закрепился в его западной части. Уже ночью в южную часть Рубежного прорвался 2-й батальон 530-го пехотного полка. Оба батальона к началу наступления имели 978 человек личного состава, таким образом, южная и западная части Рубежного оказались заняты достаточно крупными силами немцев [122, F. 83]; [123, F. 115,130].

В 17.00, оставив в распоряжении штаба 34-й МСБр только 3 танка Т-26, 10-я танковая бригада направила на усиление контратакующей группы все свои остальные танки [77, л. 105]. Из 2-го эшелона 1-й Гв.СД в бой для контрнаступления на западную окраину Рубежного был введен 16-й гвардейский стрелковый полк [78, л. 42].

Советское контрнаступление 25 марта 1942 г.

В 18.30 24 марта 1942 г. штаб 38-й армии отдал войскам боевой приказ № 55 о переходе в контрнаступление с 2.00 25 марта, для чего в бой вводился 3-й гвардейский кавалерийский корпус. Его 5-я гвардейская кавалерийская дивизия (прим. – по состоянию на 20 марта 5776 человек личного состава, в т.ч. 2110 активных сабель) получила задачу атаковать с южной опушки леса северо-западнее Рубежного в западном направлении, отбить обратно село Байрак и выйти на рубеж: (иск.) высота 203,4 – треугольник дорог северо-западнее Байрака – роща южнее треугольника дорог. Вместе с дивизией должна была атаковать 6-я гвардейская танковая бригада, а 10-я танковая бригада получила задачу: оставив часть танков в Песчаном, главными силами с рассвета 25 марта атаковать по маршруту: Купьеваха – высота 211,8 – Байрак, восстановить положение 81-й и 227-й стрелковых дивизий, после чего сосредоточиться в районе деревень Викнина, Замулевка [48, л. 172]; [63, л. 193, 194].

Чуть позже на основании приказа Главкома Юго-Западного направления в 20.30 своим боевым приказом № 56 штаб армии изменил кавалерийскому корпусу задачу. Теперь корпус должен был в полном составе сосредоточиться на западном берегу Северского Донца и с 5.00 25 марта атаковать: одной дивизией через высоту 182,6 (севернее с. Рубежное) на высоту 203,4, а 2 другими дивизиями – от Рубежного и Старого Салтова на Байрак. На усиление корпуса поступала 6-я гвардейская танковая бригада [63, л. 197].

Штаб 10-й ТБр на основании боевого приказа № 55 в 3.00 25 марта своим боевым распоряжением № 84 поставил 1-му танковому батальону задачу: совместно с 6-й гвардейской танковой бригадой и 1-й гвардейской стрелковой дивизией уничтожить противника на северо-западной окраине Рубежного и далее наступать на Байрак. 2-й танковый батальон получил задачу: оставить одну роту на участке 34-й мотострелковой бригады и 680-го стрелкового полка 169-й СД для отражения контратак противника, а другой ротой во взаимодействии с 32-й кавалерийской дивизией от дома лесника, что в 2 км северо-западнее Старого Салтова, атаковать в северо-западном направлении на отметку 177,5 и уничтожить противника в районе перелеска южнее Замулевки и Байрака. Мотострелковый батальон оставался в обороне в районе совхоза севернее Старого Салтова [31, л. 489].

Для 5-й гвардейской кавалерийской дивизии приказ о переносе наступления на 5.00 25 марта, вероятно, вовремя не дошел. С 20.00 24 марта дивизия совершила переход в центр села Рубежное, откуда с 2.00 25 марта с ходу 2 своими кавалерийскими полками (17-й и 22-й Гв.КП) перешла в наступление на западную часть Рубежного. Час спустя, в 3.00 из центра Рубежного на деревню Викнина ударил подошедший 24-й гвардейский кавалерийский полк [140, л. 60].

Танки 6-й Гв.ТБр и 1-го ТБ 10-й ТБр присоединились к атакующим кавалеристам с 5.00 25 марта [62, л. 95]. Тогда же, с 5.00, в наступление перешли 7-й и 16-й гвардейские стрелковые полки 1-й Гв.СД [77, л. 115]. Благодаря поддержке танков к 7.00 17-й гвардейский кавалерийский полк занял западную окраину Рубежного, а 22-й гвардейский кавалерийский полк вышел на северо-западную окраину и вел бой по ее зачистке [140, л. 44].

К 7.45 оборонявшая западную часть Рубежного боевая группа полковника Мунцеля, не выдержав огня 5 танков Т-34, полностью оставила Рубежное и отошла на высоты к западу от этого села [122, F. 83]. Впрочем, по данным штаба 5-й Гв.КД, к 9.00 противник еще удерживал 5-6 хат на северо-западной окраине Рубежного. К этому времени зачищавшие Рубежное 17-й и 22-й гвардейские кавалерийские полки потеряли 47 человек личного состава. При освобождении Рубежного танками 6-й Гв.ТБр были подбиты 3 немецких танка [140, л. 50-53].

После освобождения Рубежного 8 танков (6 Т-34, 2 БТ) 6-й Гв.ТБр атаковали отсюда на Байрак, 4 танка (3 Т-34, 1 БТ) 6-й Гв.ТБр из Замулевки – на западную окраину деревни Викнина, а 4 танка Т-34 10-й ТБр – вдоль дороги из Рубежного. Севернее отметки 8,0 (1,5 км северо-западнее с. Рубежное) танки 10-й ТБр вступили в бой с танками 3-й ТД [62, л. 95].

Успеху советского контрнаступления способствовало то обстоятельство, что противостоявший советским танкистам танковый батальон Франка оттянул большинство своих танков от Рубежного в Байрак, откуда в 14.45 атаковал на Старый Салтов [122, F. 86]. К 15.40 под натиском 5-й кавалерийской дивизии с танками 1-го ТБ 10-й ТБр и 6-й Гв.ТБр ранее оборонявшиеся к западу от Рубежного 3-й батальон 375-го пехотного полка 454-й охранной дивизии и 2-й батальон 3-го моторизованного полка 3-й танковой дивизии, поддерживаемые танковой ротой 6-го танкового полка, отошли на запад к высоте 203,4. 3-й батальон 375-го ПП занял оборону на опушке леса севернее Бугровки, где к 19.25 вновь подвергся атаке пехоты с танками. Понесший большие потери под ударами танков Т-34 2-й батальон 3-го МП отошел к 18 часам в Байрак. Командир его майор Бом был ранен [122, F. 86, 87].

Следом за отступившими немцами к 19.00 17-й и 22-й гвардейские кавалерийские полки вышли на восточную и северную окраины Байрака , а соседний слева 24-й гвардейский кавалерийский полк овладел Замулевкой и вышел на восточную окраину Викнины [140, л. 92].

За день 25 марта 5-я гвардейская кавалерийская дивизия уничтожила до 350 немцев, захватила 1 пленного, 2 тягача, 3 автомашины, 4 лошади, 6 орудий (1 немецкое, 5 советских) со 150 снарядами, 6 минометов с 255 минами, 2 ПТР, 12 пулеметов, 3 автомата, 86 винтовок. Потери составили 137 человек личного состава [140, л. 92, 98]. 6-я гвардейская танковая бригада 25 марта захватила 3 немецких танка [62, л. 49]. На следующий день, 26 марта кавалеристы 5-й Гв.КД насчитали 13 отбитых у противника орудий из состава 1-й гвардейской и 81-й стрелковых дивизий [140, л. 101].



В 8.30 25 марта через 40 минут после получения командиром дивизии приказа на наступление на участке 226-й стрелковой дивизии атаковала 32-я кавалерийская дивизия с 4 танками 2-го ТБ 10-й ТБр. К 9.10 наступавшие в 1-м эшелоне 65-й и 121-й кавалерийские полки вышли на высоту 177,5, что в 2,3 км юго-западнее Верхнего Салтова [140, л. 48]. Впереди них в лесах к востоку от Купьевахи и в 2 км к северо-западу от высоты 177,5 оборонялся 985-й стрелковый полк 226-й стрелковой дивизии, который днем ранее был выбит из Купьевахи боевой группой Болье [67, л. 180]. В 11.30 25 марта боевая группа Болье в составе 2 пехотных батальонов (прим. – 1-й батальон 3-го МП и сборный батальон из частей 1-го батальона 429-го ПП и 1-го батальона 529-го ПП) при поддержке 1-й роты 4-го танкового полка 13-й танковой дивизии возобновила свое наступление из Купьевахи в юго-восточном направлении [121, F. 1026, 1028]; [122, F. 87]. Перед позициями 985-го стрелкового полка наступавшие появились с 12.00. Штаб 227-й СД отчитался, что атака велась силами до батальона пехоты с 8 танками [143]. Прорвав позиции 985-го полка к востоку от Купьевахи, боевая группа Болье двинулась дальше на высоту 177,5.

К 14.00 на опушке леса около домика лесника, что к северо-западу от высоты 177,5, появилось 7 танков 13-й ТД, которые начали обстреливать кавалеристов, при этом был подбит 1 танк 10-й ТБр [142, л. 100]. Чуть позже, в 14.35 последовала атака с северного направления, по всей видимости, 1-го батальона 3-го МП с танками. Штаб 32-й КД отчитался о 12 танках [141, л. 619]. Впрочем, по состоянию на 23 марта танковая рота 13-й ТД имела лишь 5 исправных танков Pz.III [123, F. 115].

Не выдержав немецкой атаки, сначала откатился 985-й стрелковый полк, обнажив фланг 32-й КД, а затем с большими потерями откатились на высоту 177,5 и северную опушку леса западнее Старого Салтова кавалеристы [141, л. 619]. Наступавший против них 1-й батальон 3-го МП 3-й ТД к вечеру достиг высоты 177,5, а второй (сборный) батальон вышел южнее рощи в 2 км западнее этой высоты. Дальнейшее продвижение немцев было приостановлено кавалеристами [121, F. 1026]. В ходе этой атаки к 17.00 был подбит 2-й по счету танк 10-й ТБр [141, л. 616].

В бою 25 марта против боевой группы Болье 32-я кавалерийская дивизия, по подсчетам своего штаба, уничтожила до 2 взводов пехоты и 3 танка, однако потеряла 163 человека личного состава [142, л. 63].

Собственно 10-я танковая бригада на участке 32-й КД 25 марта потеряла 2 танка подбитыми и 1 танк сломавшимся (прим. – неисправность двигателя). После этого к утру 26 марта кавалеристы остались без поддержки танков [141, л. 621].

Командир действовавшей у высоты 177,5 1-й роты 4-го танкового полка 13-й танковой дивизии обер-лейтенант Кукайн в 20.30 отчитался в штаб 3-й ТД, что в районе этой высоты было уничтожено 3 танка, в т.ч. 1 Т-34. Надо полагать, что танки 10-й ТБр были уничтожены его ротой [122, F. 87]. Позже, 28 марта, из района высоты 177,5 было эвакуировано в ремонт 2 танка Т-26. Именно они и были потеряны 2-м танковым батальоном в бою 25 марта. Подтверждения тому, что 25 марта также был подбит 1 танк Т-34 2-го ТБ, пока что нет [62, л. 100]. Исходя из радиограммы штаба 32-й КД от 26 марта, этот 3-й танк был не подбит, а сломался [141, л. 621].

Провал атак на Байрак 26 марта 1942 г.

26 марта 1942 г. 2-й танковый батальон 10-й ТБр 3 танками Т-26 оставался в Песчаном, а 1-й танковый батальон в составе 6 танков Т-34 продолжал действовать в подчинении командира 6-й Гв.ТБр на участке 5-й гвардейской кавалерийской дивизии [62, л. 82]. Танки 1-го ТБ 10-й ТБр действовали на дороге от Рубежного на высоту 203,4, прикрывая правый фланг 5-й Гв.КД. Все 14 танков 6-й Гв.ТБр действовали в Замулевке [140, л. 111].

В 5.00 26 марта 17-й и 22-й гвардейские кавалерийские полки 5-й Гв.КД перешли в наступление на Байрак, а в 6.00 левее них на Байрак ударил 28-й гвардейский кавалерийский полк 6-й гвардейской кавалерийской дивизии. Наступление успеха не имело. В 8.00 оба полка 5-й Гв.КД попали под сильный обстрел минометной батареи и 4 танков противника, находившихся в 1-2 км к востоку от высоты 203,4, после чего 22-й полк, потеряв около 30 % личного состава, отошел и залег в 400 метрах восточнее высоты 164,0. Залегли и 2 других кавалерийских полка [140, л. 140]; [141, л. 618].

В общей сложности к этому времени 5-я гвардейская кавалерийская дивизия выявила в Байраке батальон пехоты с 4-6 танками и минометами, до батальона пехоты – в лесу западнее Викнины, 4 танка и минометную батарею в лесу севернее высоты 164,0 и на высоте 203,4, до 150 человек пехоты – вдоль дороги с высоты 203,4 на Перемогу [140, л. 140, 141]. В действительности отступивший в ночь на 26 марта в Байрак танковый батальон Франка все еще насчитывал 13 исправных танков, в 2 раза превосходя числом танков действующую против него танковую группу 10-й ТБр. В Байраке и севернее него по-прежнему оборонялись отступившие сюда от Рубежного 3-й батальон 375-го пехотного полка и 2-й батальон 3-го моторизованного полка [122, F. 89].

В 12.00 5-я гвардейская кавалерийская дивизия возобновила свои атаки на Байрак, однако, как и раньше, успеха в наступлении не имела. В 13.00-14.00 последовали 2 удара немецкой авиации по боевым порядкам дивизии, которые также не способствовали советскому наступлению [140, л. 106]. К 17.30 22-й, 17-й и 24-й гвардейские кавалерийские полки 5-й Гв.КД залегли на рубеже: высота 164,0 – восточная окраина Байрака – 1,5 км юго-восточнее Байрака [141, л. 623]. К ночи полки отошли на рубеж: Бугровка – западная окраина Замулевки [140, л. 157].

В общей сложности в боях 26 марта 5-я гвардейская кавалерийская дивизия, по подсчетам своего штаба, уничтожила до 300 немцев, однако потеряла 410 человек личного состава [140, л. 157].

За день 26 марта 6-я гвардейская танковая бригада уничтожила до роты пехоты, своими танками подбила 3 немецких танка, а танками 10-й ТБр подбила 4-й танк. Сама бригада при этом потеряла 3 танка Т-34, после чего сократилась до 15-16 танков, половина которых были легкими [62, л. 95]. В отличие от штаба 6-й Гв.ТБр, штаб 10-й ТБр отчитался, что за день огнем танков 6-й Гв.ТБр и 10-й ТБр было подбито 6 немецких танков [50, л. 526]. Собственно 1-й танковый батальон 10-й ТБр 26 марта потерял 1 танк Т-34 подбитым [62, л. 82].

Всего за время боевых действий 24-26 марта 1-й танковый батальон, по уточненным данным штаба 10-й ТБр, уничтожил до 300 немцев, 9 танков (из них 3 танка эвакуировано в тыл), 2 автомашины, 12 повозок, 4 орудия (2 150-мм, 2 75-мм), 3 минометные батареи, 5 пулеметов, захватил 1 миномет с 6 ящиками с минами, 1 пулемет [62, л. 82].

Наиболее отличился в боях 24-25 марта экипаж Т-34 старшего сержанта Филиппа Кравца (1-й ТБ), который уничтожил до 70 немцев, 3 танка, минометную батарею, 2 станковых пулемета [97, л. 164]. В наградном листе на радиста-пулеметчика танка сержанта Алексея Чеченова цифры, правда, несколько иные: до 100 убитых немцев, 2 средних танка, 2 автомашины, 2 150-мм орудия, 1 станковый пулемет [96, л. 476]. В ходе ударов немецкой авиации за день 26 марта в районе Старого Салтова были повреждены 1 трактор и 5 автомашин. Всего в общей сложности 26 марта 10-я танковая бригада потеряла 6 человек личного состава ранеными, 1 Т-34, 1 трактор и 5 автомашин подбитыми [62, л. 82].

К исходу дня 26 марта 10-я танковая бригада имела в строю 8 танков (5 Т-34, 3 Т-26) [62, л. 82].

Бои у Байрака 27 марта 1942 г.

В 5.00 27 марта 1942 г. 5-я гвардейская кавалерийская дивизия возобновила наступление на Байрак [140, л. 167]. По решению командира дивизии 6 танков Т-34 1-го ТБ 10-й ТБр перешли на усиление 20-го гвардейского кавалерийского полка, который должен был овладеть выступом леса севернее высоты 164,0 и прикрыть правый фланг дивизии. 17-й и 22-й гвардейские кавалерийские полки с 6 танками 6-й Гв.ТБр были нацелены на сам Байрак [140, л. 130].

В ходе наступления 20-й полк вышел в лес восточнее отметки 194,2 (1,4 км восточнее с. Варваровка), где и вел бой, имея перед собой до роты пехоты противника с танками [140, л. 167]. 17-й и 22-й полки противник подпустил на 50-200 метров, после чего открыл по ним ураганный огонь из всего вооружения и нанес обоим полкам большие потери. За утро полки заняли 6 хат на северо-восточной и восточной окраинах Байрака, и на этом их наступление захлебнулось [140, л. 216].

В 9.00 атаковавшие с севера немецкие танки обстреляли 22-й полк, после чего против них из Рубежного были переброшены танки 6-й Гв.ТБр, которые в 10.30 в танковом бою вынудили немецкие танки к отходу  [140, л. 167]. Командир немецкой боевой группы полковник Вестхофен в 13.30 докладывал наверх об атаке вдоль шоссе Рубежное – Терновая 2 52-тоннных танков и атаке еще 4 танков с пехотой от Бугровки на высоту 203,4 [122, F. 95].

На волне успеха советских танкистов к 12.00 20-й кавалерийский полк совместно со стрелковым полком 1-й Гв.СД овладел стыком дорог восточнее высоты 203,4, а к 14.00 вышел на западную опушку леса в 500 метрах западнее высоты 194,2, где был остановлен сильным огнем противника, в т.ч. танков [140, л. 204, 216]. Ранее оборонявшийся в лесном выступе к северу от Байрака, усиленный танками 3-й батальон 375-го ПП, оставив лес, сначала был оттеснен на 1 километр к западу к своих прежних позиций, а затем, потеряв в противоборстве с танками находившиеся на усилении зенитные орудия, отошел на высоту 203,4 [122, F. 95, 96].

Бой продолжался до 17.00 [140, л. 216]. К вечеру 20-й кавалерийский полк закрепился в захваченном им выступе леса к востоку от высоты 203,4, а 17-й и 22-й кавалерийские полки – на окраинах Байрака [140, л. 186]. Уже в ночь на 29 марта немцы контратакой вернули себе окраины Байрака и заняли свои прежние позиции [122, F. 96].

За день 28 марта 6-я гвардейская танковая бригада потеряла 4 танка (в т.ч. единственный танк КВ-1) и сократилась до 14 исправных танков, в т.ч. 6 Т-34. По подсчетам штаба 6-й Гв.ТБр, было подбито 3 немецких танка, 2 из них сгорело, а 3-й был эвакуирован немцами [62, л. 102].

1-й танковый батальон 27 марта в основном вел бои против 8 танков 3-й ТД в районе высоты 203,4, испытывая трудности из-за труднопроходимых сугробов и наличия минных полей. В результате боев танком Т-34 командира роты капитана Филиппа Гокова был уничтожен 1 танк Pz.III, однако и сам 1-й танковый батальон потерял 3 из 6 танков Т-34: 1 Т-34 – подбитым артогнем, 2 Т-34 – подорвавшимися на минах [62, л. 83]. Судя по наградному листу на механика-водителя сержанта Александра Селивончика, танк Гокова также подорвался на мине, после чего оглушенный при взрыве мины Селивончик вывел подбитый танк с поля боя [95, л. 235].

За день было эвакуировано с поля боя и отбуксировано в лес в 2 км южнее Петровского 6 танков (3 Т-34, 3 Т-26) 10-й ТБр, подбитых или сломавшихся. К исходу дня бригада имела в строю лишь 6 танков (3 Т-34, 3 Т-26) [62, л. 83].

Боевые действия 28 марта 1942 г.

В 3.30 28 марта 1942 г. 5-я гвардейская кавалерийская дивизия при поддержке танков 6-й гвардейской и 10-й танковых бригад возобновила свои атаки на Байрак [140, л. 239]. 1-й танковый батальон 10-й ТБр в составе 3 танков Т-34 атаковал из леса к северо-востоку от отметки 8,0 на высоту 203,4. При переходе моста через овраг в районе этой отметки танк Т-34 старшего сержанта Филиппа Кравца подорвался на фугасе, выставленном 1-й гвардейской стрелковой дивизией, в результате чего танк вышел из строя, радист-пулеметчик сержант Алексей Чеченов погиб, а механик-водитель сержант Петр Манжос и командир башни были ранены [62, л. 100]; [95, л. 184]; [96, л. 476].

Оставшиеся исправными 2 танка Т-34 сосредоточились на северо-восточной опушке леса в 200 метрах северо-восточнее отметки 8,0, где и оставались в течение всего дня в обороне, не участвуя в боевых действиях [62, л. 100].

Все атаки 5-й кавалерийской дивизии 28 марта на Байрак полностью провалились. В этот раз кавалеристам даже не удалось достигнуть окраин села [140, л. 239, 253]. Поддерживавшая их 6-я гвардейская танковая бригада потеряла 3 танка [62, л. 103].

2-й танковый батальон 10-й ТБр 28 марта 4 танками Т-26 (в т.ч. 2 танка технически неисправные) оставался в обороне в Песчаном, а 2 других танка (1 Т-34, 1 БТ), прибывших в батальон из ремонта, также были выдвинуты к Песчаному. За день оба танка, по всей видимости, сломались и в ночь на 29 марта были эвакуированы из района Песчаного в ремонт. Чуть раньше них, за день 28 марта из Песчаного было эвакуировано в ремонт 2 подбитых танка Т-26, а также эвакуировано 2 подбитых танка Т-26 из района отметки 177,5. Также 28 марта 10-й мотострелковый батальон был выдвинут из Старого Салтова и занял оборону на опушке леса в 2 км западнее Старого Салтова [62, л. 97, 100].

За день немецкой авиацией была разбита переправа через Северский Донец в районе Рубежного и дамба на въезде на мост в Старом Салтове, при этом выведена из строя 1 автомашина 10-й ТБр [62, л. 100].

В общей сложности 28 марта 10-я танковая бригада потеряла 4 человека личного состава (1 – убитым, 3 – ранеными), 1 танк Т-34 подорвавшимся на фугасе и 1 автомашину. К исходу дня бригада имела в строю лишь 6 танков (3 Т-34, 2 Т-26, 1 БТ) [62, л. 100].

Провал атак на Байрак 29 марта 1942 г.

В ночь на 29 марта 1942 г. из ремонта прибыло 6 танков (2 Т-34, 3 Т-26, 1 БТ), большая часть которых вошла в состав 2-го танкового батальона, после чего численность батальона выросла до 9 танков (1 Т-34, 7 Т-26, 1 БТ). Кроме 4 танков Т-26 в Песчаном, все остальные танки батальона заняли оборону в боевых порядках мотострелков на опушке леса западнее Старого Салтова. 1 отремонтированный танк Т-34 вошел в состав 1-го танкового батальона [62, л. 98].

В 4.00 29 марта после сильной артподготовки, произведенной 5-м гвардейским гаубичным артполком, и залпов РС 4-го Гв.МП 5-я гвардейская кавалерийская дивизия вновь перешла в наступление на Байрак [140, л. 284]. 6-я гвардейская танковая бригада атаковала на Байрак во взаимодействии с 20-м гвардейским кавалерийским полком с восточных скатов высоты 164,0 в составе 14 танков (7 Т-34, 7 БТ). Еще 3 танка (1 Т-34, 2 Т-60) бригады оставалось в обороне в районе деревень Замулевка, Кут [62, л. 101].

1-й танковый батальон 10-й ТБр, оставив 1 танк Т-34 в засаде у школы в Замулевке, атаковал на Байрак в составе 2 танков Т-34. При выходе с исходных позиций 1 танк засел в яме в 600 метрах восточнее Байрака, таким образом, в атаке принял участие лишь 1 танк Т-34 – старшего лейтенанта Антона Маркова [62, л. 98].

Успешно ворвавшись на северную окраину Байрака, танки 6-й Гв.ТБр высадили с брони десант – своих мотострелков [62, л. 101]. Следом за танками к 5.00 20-й и 22-й гвардейские кавалерийские полки ворвались на северную и северо-восточную окраины Байрака, заняли северо-восточную окраину и несколько домов на северной окраине. К 5.30 28-й гвардейский кавалерийский полк 6-й Гв.КД занял несколько домов на восточной окраине, а 17-й гвардейский кавалерийский полк к 6.30 занял 5 хат в районе мельницы [140, л. 361]. В 8.00 противник силою до батальона пехоты с 4 танками контратаковал с западной окраины Байрака, но был отражен [62, л. 101]. В ходе боев в Байраке к 9.00, по подсчетам штаба 6-й Гв.ТБр, было убито уже более 100 немцев и сожжено 4 средних немецких танка [62, л. 99]. К 11.00 в ходе уличных боев 20-й, 22-й и 28-й кавалерийские полки подошли к центральной части Байрака [140, л. 361].

Стремясь удержать Байрак, 3-я танковая дивизия предприняла еще ряд контратак. С севера от Варваровки контратаковала моторизованная рота Биегона из состава 3-го моторизованного полка (прим. – по состоянию на 28 марта 174 человека личного состава) с танковой ротой Рюля (прим. – по состоянию на 28 марта 8 танков: 4 Pz.IV, 4 Pz.III), а с запада контратаковал 3-й батальон 375-го пехотного полка (прим. – по состоянию на 28 марта 399 человек личного состава) с танковой ротой Марковски (прим. – по состоянию на 28 марта 11 танков: 3 Pz.IV, 7 Pz.III, 1 Pz.II) [122, F. 98]; [123, F. 117].

Штаб 5-й Гв.КД позже отчитался, что в 11.00 с высоты 203,7 и от Варваровки атаковало 8 танков, из них 7 танков вышли в тыл 20-му и 22-му полкам и мотострелкам 6-й Гв.ТБр и открыли огонь по боевым порядкам дивизии. Одновременно с запада на Байрака атаковало 4 танка и до роты пехоты, с юга – 3 танка, а из леса у отметки 115,0 – до 30 пехотинцев. В общей сложности советские войска насчитали 15 немецких танков [140, л. 362].

К этому времени в бою за Байрак 6-я гвардейская танковая бригада уже понесла существенные потери. К 11.50, по подсчетам немцев, в Байраке было подбито 7 танков 6-й Гв.ТБр, после чего в селе осталось 5 танков, в т.ч. 3 Т-34 [122, F. 100]. Кавалерийские полки не успели подтянуть в Байрак достаточное количество орудий ПТО, из-за чего также не смогли должным образом противостоять немецким танкам и приступили к отходу [140, л. 362]. К 12.15 немцами было подбито еще 2 танка 6-й Гв.ТБр, оставшиеся 3 танка прикрывали отход пехоты из Байрака [122, F. 100]. Одним из них был Т-34 старшего лейтенанта Маркова. По информации штаба 10-й ТБр, Марков, как старший командир, принял командование над оставшимися в Байраке танками и без потерь вывел их из окружения [62, л. 105]. Правда, в более ранней оперативной сводке штаба 10-й ТБр (от 29 марта) сообщалось, что танк Маркова засел в канаве на восточной окраине Байрака, т.е., скорее всего, остался в расположении противника [62, л. 98]. Сдав Байрак, к 13.00 кавалерийские полки отошли на исходные позиции на высоту 164,0, в Бугровку и на высоту юго-восточнее Бугровки, где и закрепились [140, л. 286]. Танки, вероятно, отошли несколько позже. Только в 15.45 в штаб 3-й ТД доложили о занятии немецкой пехотой прежних позиций в Байраке [122, F. 100].

В общей сложности в боях 29 марта, по подсчетам штаба 6-й Гв.ТБр, было подбито 6 немецких танков (в т.ч. 4 танка сгорело), уничтожено свыше 200 немцев, 4 75-мм орудия, склад боеприпасов. 6-я гвардейская танковая бригада при этом потеряла 10 танков (4 Т-34, 6 БТ) подбитыми и сгоревшими и к вечеру сократилась до 7 исправных танков (в т.ч. 2 Т-34) [62, л. 101]. О 200 убитых немцах и 6 подбитых танках отчитался и штаб 5-й Гв.КД. Наступавшие на Байрак 4 кавалерийских полка потеряли 280 человек убитыми и ранеными [140, л. 363]. Немцами при захвате ими Байрака было также захвачено 40 пленных [122, F. 100].

Участвовавший со стороны 10-й танковой бригады в бою за Байрак танк Т-34 старшего лейтенанта Антона Маркова, по первоначальным данным штаба 10-й ТБр, подбил 1 немецкий танк. Однако 2 дня спустя штаб бригады отчитался, что, согласно сообщению командира 6-й Гв.ТБр, экипаж Маркова в этом бою подбил не 1, а все 6 немецких танков. Скорее всего, это более поздние приписки со стороны штаба 10-й ТБр. Наградных листов на экипаж Маркова за этот бой нет [62, л. 98, 105].

В общей сложности в бою 29 марта 10-я танковая бригада потеряла 2 танка Т-34 застрявшими в ямах и канавах и 2 человека личного состава (1 – убитым, 1 – раненым). К исходу дня бригада имела в строю 10 танков (2 Т-34, 7 Т-26, 1 БТ). 1 из 2 танков Т-34 требовал ремонта ходовой части, а из 7 танков Т-26 только 3 танка были пушечными, 3 танка – пулеметными, 1 танк – огнеметным. В целом боевая ценность оставшихся в бригаде танков была незначительной [62, л. 97, 98].

Итоги мартовского наступления

Так как все попытки отбить Байрак полностью провалились, а обе танковые бригады армии по численности сократились до 2 танковых рот, большая часть танков которых также нуждалась в ремонте, в 18.25 29 марта 1942 г. штаб 38-й армии отдал войскам боевой приказ № 72 о переходе к обороне на достигнутом ими рубеже. Собственно 10-я танковая бригада получила задачу: оставив все исправные танки в распоряжении командиров 34-й мотострелковой бригады и 226-й стрелковой дивизии, перейти на правый фланг 38-й армии в район сел Октябрьское (ныне с. Лиман), 1-е Красноармейское (ныне с. Симоновка) к югу от Волчанска на доукомплектование танками [63, л. 222, 223].

30 марта на основании нового приказа штаба армии 10-я танковая бригада передала оставшийся танк Т-34 1-го ТБ 6-й гвардейской танковой бригаде, а 7 танков (1 Т-34, 4 Т-26, 1 ХТ-26, 1 БТ-7) и 26 человек личного состава 2-го ТБ – 2-му танковому батальону 133-й танковой бригады, отправила на свой СПАМ 3 неисправных танка (2 Т-26, 1 БТ), после чего уже без танков с утра 31 марта совершила 25-километровый переход и в тот же день главными силами расположилась в селе Октябрьское. Ее ремонтная рота осталась в Белом Колодезе, а автотранспортная рота – в Юрченково [31, л. 494]; [62, л. 105, 107].

По состоянию на 1 апреля в составе 10-й танковой бригады еще продолжало числиться 74 танка (19 Т-34, 31 Т-26, 24 БТ). Из их числа 8 танков (2 Т-34, 5 Т-26, 1 БТ) было передано в другие части, 26 танков (15 Т-26, 11 БТ) было уже отправлено в заводской ремонт, 12 танков (7 Т-34, 1 Т-26, 4 БТ) находилось в ремонте на армейском СПАМе, еще 18 танков (5 Т-34, 8 Т-26, 5 БТ) находилось на бригадном СПАМе, откуда они были эвакуированы на армейский СПАМ. Безвозвратные потери за март составляли 10 танков (5 Т-34, 2 Т-26, 3 БТ), из них 9 танков были сожжены огнем артиллерии, а 1 танк Т-34 завалился в овраг и был подорван противником [31, л. 458]. Скорее всего, это был танк старшего лейтенанта Маркова, потерянный в Байраке 29 марта.

С 9 по 29 марта (т.е. 21 день) 10-я танковая бригада, по сути, непрерывно находилась в боях, являясь главной ударной силой 38-й армии. За это время бригада, насчитывавшая к началу боевых действий лишь 16 танков (4 Т-34, 6 Т-26, 6 БТ) и 100 активных штыков в мотострелковом батальоне, получила 4 пополнения в 58 танков (15 Т-34, 25 Т-26, 18 БТ) и как минимум 300 человек личного состава, что и позволило бригаде сохранять боеспособность на протяжении столь долгого времени.

За время наступления при участии 10-й танковой бригады было освобождено 6 населенных пунктов (Рубежное, Верхний и Старый Салтовы, Молодовое, Октябрьский, Федоровка), повторно заняты 3 населенных пункта (Купьеваха, Драгуновка, Рубежное), на некоторое время освобождены 7 населенных пунктов (Перемога, Красный, Рязановка, Рогачевка, Мартыновка, Гордиенко, Песчаное).

В общей сложности за март 1942 г. 10-я танковая бригада, согласно докладу своего штаба, уничтожила 1 самолет Hs 126, 27 танков, 2 трактора, 6 автомашин, 3 мотоцикла, 49 орудий (в т.ч. 2 зенитных), 39 минометов, 10 ПТР, 77 пулеметов, 21 ДЗОТ, 60 домов с огневыми точками, 7 пулеметных точек, 6 складов с боеприпасами, 2 радиостанции;

захватила 98 пленных, 3 автомашины (в т.ч.1 легковую), 4 повозки, 19 орудий (4 150-мм, 4 122-мм, 5 75-мм, 6 ПТО), 8 минометов, 5 ПТР, 4 пулемета, 4 автомата, 10 винтовок, 1 револьвер, 500 мин, 2 вещевых и 6 продуктовых складов, 3 радиостанции, 1 зарядный агрегат, документы 2 штабов с картами и другие трофеи [50, л. 536, 537].

За март бригада, согласно отчетам своего штаба, потеряла 37 танков (15 Т-34, 22 легких танка), в т.ч. 6 танков (3 Т-34, 3 легких танка) – безвозвратно, 404 человека личного состава, в т.ч. 84 или 85 – убитыми, 246 – ранеными [50, л. 526, 537]. В действительности в безвозвратные потери было списано 10 танков (5 Т-34, 2 Т-26, 3 БТ). Большую часть подбитых в боях танков удалось эвакуировать в ремонт, т.к. территория, на которой они были подбиты, осталась за советскими войсками.

Из ОБД «Мемориал» известны имена 46 погибших с 10 по 28 марта бойцов и командиров 10-й ТБр. Имена остальных погибших, как и имена пропавших без вести, неизвестны [2].

Список источников (ссылок)
Tags: 10 ТБр, 13.pz.div., 294.id, 299.id, 3.pz.div., 38 А, 454.sich.div., ЮЗФ, весна 1942 г., г. Харьков
Subscribe

Posts from This Journal “10 ТБр” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments