Максим (tankoved34) wrote,
Максим
tankoved34

Category:

10-я танковая бригада. ч.9. Первые бои за Волобуевку, февраль 1942 г.

Начало боев за Волобуевку

В начале февраля 1942 г. 10-я танковая бригада оставалась в районе Авдеевки в резерве командующего 21-й армией, производя ремонт оставшейся у нее техники. 3 февраля командующий Юго-Западного фронтом своим боевым приказом № 137/оп поставил 21-й армии задачи на новое наступление с целью освобождения Белгорода. Главный удар предписывалось нанести к северу от Белгорода на 23-километровом участке фронта силами 4 стрелковых дивизий (81-я, 124-я, 227-я и 297-я), усиленных 10-й танковой бригадой. Развивать их успех должны были вводимые в бой из фронтового резерва 3-й гвардейский кавалерийский корпус, 1-я гвардейская стрелковая дивизия, 21-я и 34-я мотострелковые бригады и 1-я танковая бригада. Вспомогательный удар в обход с юга Белгорода наносили 76-я и 226-я стрелковые дивизии [61, л. 27].

На основании данного приказа 7 февраля штаб 21-й армии отдал войскам боевой приказ № 2/ОП о переходе в новое наступление. Непосредственно 10-я танковая бригада получила задачу: во взаимодействии с 81-й и 124-й стрелковыми дивизиями подавить узел сопротивления противника в населенных пунктах Малиновка, Тетеревино, Рождественка, Озерово и стремительной атакой по маршруту: Волобуевка – Петровский – Быковка – содействовать пехоте в овладении рубежом: Лучки (южные) – Петровский – Непхаево [44, л. 10].

После январского наступления и понесенных тяжелых потерь в личном составе стрелковые дивизии 21-й армии получили пополнение. По состоянию на 10 февраля 81-я и 124-я стрелковые дивизии имели 6832 и 8781 человек личного состава соответственно. Собственно 10-я танковая бригада пополнения за это время, вероятно, не получала и к 10 февраля имела в строю 1279 человек личного состава (87 % штатной численности), 1 45-мм орудие ПТО, 9 минометов. Ее мотострелковый батальон, надо полагать, как и в конце января, оставался на уровне 200-300 человек личного состава [48, л. 58, 59].

В начале февраля в адрес 10-й танковой бригады было направлено на пополнение 12 легких танков (5 Т-26, 7 БТ) [48, л. 51, 70]. 6 февраля бригадой была выслана на станцию Новый Оскол команда для получения матчасти [32, л. 115].

В общей сложности по состоянию на 12 февраля 10-я танковая бригада имела по списку 58 танков (27 Т-34, 12 Т-26, 19 БТ), в т.ч. 19 танков (4 Т-34, 8 Т-26, 7 БТ) – в строю, 29 танков (14 Т-34, 4 Т-26, 11 БТ) – в ремонте, из них 28 танков (13 Т-34, 4 Т-26, 11 БТ) требовали заводского ремонта [48, л. 55]. Из этого числа 3 танка (2 Т-34, 1 БТ) с января оставались застрявшими в оврагах и болотах, однако в безвозвратные потери бригады все еще не были списаны [32, л. 119]. Собственно безвозвратные потери с января составляли 10 танков (9 Т-34, 1 БТ) [48, л. 55].

Ввиду недостаточного количества исправных танков Т-34, перед бригадой была поставлена задача: до овладения передним краем танками наступать в боевых порядках пехоты, подавлять огневые точки противника в качестве орудий сопровождения пехоты и лишь после овладения пехотой переднего края танки должны были вырваться вперед пехоты [50, л. 698].

Командир 10-й ТБр полковник Бунтман-Дорошкевич принял решение силами своей бригады прорывать оборону противника совместно с левофланговым 781-м стрелковым полком 124-й СД на участке Волобуевка – северная окраина Озерово. С исходных позиций на юго-западной окраине Шахово танки должны были атаковать 2 отдельными группами в направлении южной окраины Волобуевки и кирпичного завода у восточной окраины Волобуевки, подвести пехоту к восточной окраине Волобуевки, после чего огнем с места прикрыть прорыв пехоты в Волобуевку и освобождение ею этого села. Сами танки в Волобуевку не должны были входить. Мотострелковый батальон должен был наступать непосредственно за танками, обеспечивая их действия, но в бой не вступать; его минометная рота – поддерживать наступление пехоты 124-й СД, подавляя огневые точки противника в районе восточной окраины Волобуевки. После освобождения пехотой Волобуевки танки переходили на промежуточный сборный пункт на южной окраине села [32, л. 126].

Противостояла 10-й танковой бригаде в Волобуевке 5-я рота 222-го пехотного полка 75-й пехотной дивизии (XXIX.AK), которая уже успела основательно здесь укрепиться [116, F. 838]. На ее усилении по состоянию на 14 февраля имелось 5 орудий ПТО (2 50-мм, 3 37-мм) [114, F. 1021]. Весь январь немцы успешно отражали попытки 81-й стрелковой дивизии овладеть Волобуевкой и были полностью готовы к отражению новых атак. Большинство строений в селе были превращены в ДЗОТы. Местность, на которой предстояло действовать танкам, была исключительно тяжелая. Сама Волобуевка была расположена в лощине реки Сажновский Донец, а впередилежащая местность перерезалась перпендикулярными реке оврагами, которые исключали какой-либо маневр танками. Подъемы и спуски были до 30 градусов, и для танков БТ они оказались совершенно недоступными. Сама река Сажновский Донец не замерзла, а ее илистый грунт исключал возможность форсирования реки танками без предварительного наведения переправы. Вся полевая артиллерия и минометы противника располагались на обратных скатах высот и слабо поражались огнем советской артиллерии [50, л. 698, 699].

После принятия командиром бригады решения на наступление 10-й танковой бригадой была проведена командирская разведка местности, в ночь на 10 февраля – доразведка боевых курсов и разведка противника, а за день 10 февраля – детальная увязка взаимодействия с пехотой и артиллерией, изучение экипажами боевых курсов и ознакомление танкистов с взаимодействующей пехотой. В целом подготовка к наступлению была проведена в танковой бригаде на должном уровне [32, л. 121, 125]. 11 февраля саперы 10-й ТБр проделали проходы в минных полях [175, л. 154].

К утру 13 февраля 622-й и 781-й стрелковые полки 124-й стрелковой дивизии заняли исходные позиции в 500 метрах к востоку от высоты 147,0 (у северной окраины Волобуевки) и Волобуевки [49, л. 237]. В 8.00 на исходные позиции пехоты вышли танки 1-го танкового батальона. Согласно отчету штаба 10-й ТБр, в наступлении участвовало 9 танков, однако ранее, 13 февраля, штаб бригады сообщал только о 8 танках (1 Т-34, 6 Т-26, 1 БТ) [32, л. 128]; [50, л. 701]. Еще 2 танка Т-34 до начала боя сгорело от самовоспламенения антифриза, а 3-й танк Т-34 сломался [31, л. 201].

Наступление началось после часовой артподготовки в 8.30 [49, л. 240]. Помимо 2 дивизионов 46-го артполка 124-й СД артиллерийскую поддержку 124-й дивизии осуществляли 5 дивизионов 5-го и 7-го гвардейских гаубичных артиллерийских полков, однако подавить оборону противника они так и не смогли [19, л. 39]

После окончания артподготовки правая танковая группа во главе со старшим лейтенантом Кузьмой Карсеевым совместно со 2-м батальоном 781-го СП атаковала вдоль оврага на кирпичный завод и школу, левая танковая группа во главе с лейтенантом Владимиром Беседой совместно с 3-м батальоном 781-го СП – на южную окраину Волобуевки [32, л. 124, 128].

Достаточно быстро наступление пехоты 781-го полка было остановлено сильным артминометным огнем противника [50, л. 701]. Согласно журналу боевых действий штаба 124-й СД, к 13.00 пехота 781-го полка залегла в 150 метрах восточнее Волобуевки и до вечера смогла продвинуться вперед еще только на 50 метров [45, л. 25]. Штаб 10-й ТБр отчитался, что пехота залегла в 450 метрах от Волобуевки. Оторвавшись от пехоты, танковая группа Карсеева в 14.00 ворвалась на окраину Волобуевки в районе школы, но без поддержки пехоты надолго здесь не задержалась и вернулась обратно к пехоте. За день танки Карсеева своим огнем разбили 7 домов с немецкой пехотой, школу с 3 пулеметными точками внутри, уничтожили 10-12 немцев, 2 ручных пулемета, 1 ДЗОТ, потеряв 1 танк Т-26 подбитым (пробита моторная группа); танк был эвакуирован с поля боя [32, л. 124, 128]; [50, л. 701]. По всей видимости, именно об этом подбитом танке штаб 75-й пехотной дивизии отчитался наверх в 13.20. Танк был подбит огнем полевой артиллерии [114, F. 1015]; [116, F. 827].



Действовавшая чуть южнее танковая группа Беседы смогла вывести 3-й батальон 781-го СП в 200 метрах восточнее Волобуевки, после чего на протяжении дня огнем с места пыталась прикрыть бросок пехоты в Волобуевку, однако пехота осталась лежать в снегу. За день у 1 танка Т-26 вышла из строя пушка, а у танка БТ от прямого попадания снаряда в броню моторной группы заглох и перестал заводиться двигатель. Оба танка были эвакуированы с поля боя в ремонт [32, л. 124].

В ходе этого наступления в 15.30 13 февраля последовал удар 4 немецких бомбардировщиков на Авдеевку, под обстрелом которых 10-я танковая бригада потеряла 3 человека личного состава (1 – убитым, 2 – ранеными) и 1 автомашину вышедшей из строя. Имя погибшего неизвестно [32, л. 131]; [45, л. 25].

В общей сложности в бою 13 февраля 1-й танковый батальон, по уточненным данным штаба 10-й ТБр, уничтожил 22 немца, 4 ручных пулемета, 2 ДЗОТа, 9 укрепленных домов [32, л. 130]. Потери его составили 6 танков (3 Т-34, 2 Т-26, 1 БТ): 2 танка Т-34 – сгоревшими вне боя, 2 танка (1 Т-26, 1 БТ) – подбитыми, 2 танка (1 Т-34, 1 Т-26) – сломавшимися [31, л. 201]; [32, л. 128]. Мотострелковый батальон в бою не участвовал. К 21.00 все танки и мотострелки отошли обратно на западную окраину Шахово [32, л. 124]. Пролежав весь день в снегу под огнем противника, вечером пехота 124-й СД также отошла на исходные позиции. В своем отчете штаб 10-й ТБр свалил всю вину за провал наступления на слабую подготовку пехоты 124-й СД [50, л. 701].

2-й день боев за Волобуевку

По решению командования 14 февраля 1942 г. 406-й стрелковый полк сменил в 1-м эшелоне 781-й стрелковый полк, после чего совместно теперь уже с 406-м полком в 13.00 14 февраля 1-й танковый батальон в составе 8 танков (1 Т-34, 4 Т-26, 3 БТ) с западной окраины Шахово вновь атаковал на Волобуевку [32, л. 129]. Так говорится в оперативной сводке штаба 10-й ТБр. В действительности, по всей видимости, это уже была 2-я атака с участием танков 10-й ТБр в тот день. Из немецких документов следует, что 1-я атака, проводившаяся из Шахово на южную часть Волобуевки, была остановлена огнем немецкой артиллерией в 11.00. Всего в ней участвовало, по подсчетам немцев, 6 танков, позади которых в 4 колоннах наступало до 2 батальонов пехоты (прим. – 406-й стрелковый полк). 2-я атака с участием танков началась только в 13.45 [114, F. 1020]; [116, F. 828].

К 14.00 танки с десантом пехоты на броне, как и накануне, ворвались в Волобуевку в районе школы [32, л. 129]. Всего немцы насчитали 7 прорвавшихся в село танков [116, F. 838]. Высадив малочисленных десантников, танки к 14.30 вернулись из Волобуевки к боевым порядкам главных сил 406-го стрелкового полка. Согласно одной из оперативных сводок штаба 10-й ТБр, далее танки еще неоднократно прорывались в Волобуевку в районе школы, однако без пехоты надолго удержаться здесь не могли [32, л. 129, 130].

Пытаясь подавить немецкие огневые точки, танки стали один за другим сжигать дома в Волобуевке, о чем штаб 75-й ПД доложил наверх в 15.55 [114, F. 1021]. Уже вечером штаб 10-й ТБр отчитался, что огнем танков и артиллерии Волобуевка в тот день была почти полностью сожжена [32, л. 132].

Однако полностью подавить немецкую оборону в Волобуевке путем сожжения домов так и не удалось. В 17.15 из Шахово выступила 2-я танковая группа с десантом пехоты. Танкам вновь удалось с ходу прорваться в Волобуевку и даже выйти к центральной части южной окраины Волобуевки, при этом снова был высажен пехотный десант из состава 406-го стрелкового полка [32, л. 130]; [45, л. 26]. Согласно отчету штаба 10-й ТБр, было высажено 30 десантников, большая часть которых погибла в ходе последовавшего затем боя [50, л. 702]. В оперативной сводке штаба 21-й армии от 15 февраля приведена другая информация. По этим данным, 2 рейсами танков в Волобуевке было высажено 55 пехотинцев, которым удалось продержаться в селе до подхода подкреплений [49, л. 247].

В ходе этой танковой атаки к 17.50, по сведениям немцев, 4 танка 10-й ТБр были подбиты: 1 танк – огнем орудия ПТО, а 3 танка – из противотанковых ружей. Первоначально эти 3 танка записали на счет ефрейтора Китцига, позже 1 из 3 танков записали на счет командира 5-й роты 222-го ПП лейтенанта Шмидта. И Шмидт, и Китциг в этом бою были ранены [114, F. 1021]; [116, F. 838].

В действительности потери в танках были гораздо больше, т.к. немцы записали на свой счет только те танки, которые подбитыми остались на поле боя. Оставшиеся на ходу танки 10-й ТБр, по сведениям штаба 10-й ТБр, до 23.00 продолжали вести бой в Волобуевке, где маневрировали вдоль села, ведя огонь по огневым точкам противника, а с 23.00 вследствие отсутствия поддержки пехоты отошли обратно на исходные позиции [32, л. 130, 132].

Всего в бою 14 февраля, по подсчетам штаба 10-й ТБр, было уничтожено 15 немцев, 3 орудия ПТО, 5 ПТР, 2 ручных пулемета [50, л. 702]. Сам 1-й танковый батальон 14 февраля потерял 7 танков (4 Т-26, 3 БТ): 2 танка БТ – сожженными артогнем и 5 танков – подбитыми (прим. – у танка БТ заклинило башню, у 1 Т-26 подбита ходовая часть, у 3 Т-26 подбиты двигатели) [32, л. 130].

С поля боя удалось эвакуировать 3 танка (2 Т-26, 1 БТ), остальные 4 танка (2 сгоревших БТ, 2 подбитых Т-26) остались на поле боя в расположении противника, в т.ч. 3 танка – в самой Волобуевке, а потому немцы и насчитали только 4 подбитых ими танка [32, л. 130]. 2 из 7 легких танков, по свидетельству штаба 10-й ТБр, были подбиты находившимся в центре Волобуевки крупнокалиберным пулеметом [32, л. 132].



10-й мотострелковый батальон, как и днем ранее, в бою не участвовал и до 18.00 14 февраля оставался в восточном отроге оврага Лог Крутой, откуда он с 18.00 отошел обратно на юго-западную окраину Шахово. Лишь его минометная рота с огневых позиций в 800 метрах к востоку от Волобуевки своим огнем поддерживала наступление 406-го стрелкового полка и танкистов [32, л. 129, 130].

В общей сложности в боях 13-14 февраля 10-я танковая бригада, насчитывавшая к началу боев 9 исправных танков (4 Т-34, 4 Т-26, 1 БТ), потеряла уже 13 танков (3 Т-34, 6 Т-26, 4 БТ): 2 танка Т-34 – сгоревшими вне боя, 2 танка БТ – сожженными артогнем, 7 танков (5 Т-26, 2 БТ) – подбитыми, 2 танка (1 Т-34, 1 Т-26) – сломавшимися [32, л. 131]. Оба сгоревших танка БТ 14 или 15 февраля были первоначально списаны в безвозвратные потери. В эти же дни на заводской ремонт в Воронеж было отправлено еще 2 танка БТ [48, л. 54, 115]. Позже после повторного овладения советскими войсками Волобуевки и возвращения сгоревших танков БТ, один из них был, вероятно, эвакуирован в ремонт, и в безвозвратных потерях к 26 февраля остался только 1 танк БТ [48, л. 83].

Согласно оперативной сводке штаба 10-й ТБр от 14 февраля, за эти же 2 дня (13-14 февраля) силами самой бригады было восстановлено 4 танка. Однако к 24.00 14 февраля 10-я танковая бригада все еще имела в строю 5 танков (1 Т-34, 2 Т-26, 2 БТ), т.е. за эти 2 дня восстановлено было, не 4, а 9 танков. Именно благодаря своевременному ремонту после 2 дней боев 10-я танковая бригада все еще имела исправные танки и сохранила относительную боеспособность [32, л. 131].

Поддерживаемая танкистами 124-я стрелковая дивизия только за 14 февраля потеряла до 400 человек личного состава убитыми и ранеными [52, л. 236].

Взятие южной части Волобуевки

После провала атак на Волобуевку 2-го эшелона 124-й стрелковой дивизии (прим. – 406-й СП) и выхода из строя большинства танков 10-й ТБр в бой было решено ввести 10-й мотострелковый батальон и 10-ю разведроту. К 2.00 15 февраля 1942 г. 20 разведчиков во главе с командиром роты старшим лейтенантом Никоном Усатым овладели районом школы в Волобуевке, после чего огнем автоматов и ручных пулеметов прикрыли атаку 3-го батальона 781-го стрелкового полка на южную окраину Волобуевки. Атака началась с 3.30. Чуть севернее 3-го батальона 781-го СП с исходных позиций в 600 метрах восточнее Волобуевки атаковал Волобуевку в районе школы мотострелковый батальон. Оба батальона быстрым броском, преодолев зону заградительного огня, освещаемую ракетами, к 5.00 с боем ворвались на восточную окраину Волобуевки и до рассвета вели уличные бои с засевшими в домах мелкими группами пехоты противника, широко применяя гранаты и штыковой бой. С рассветом подразделения подверглись сильному артминометному обстрелу и, продолжая вести бой против мелких групп пехоты противника, одновременно стали закрепляться на южной окраине Волобуевки [32, л. 133, 134]; [50, л. 702]. К 9.00, по информации штаба 21-й армии, к 3-му батальону 781-го СП и мотострелкам на южной окраине Волобуевки присоединились оставшиеся в живых десантники 406-го стрелкового полка, которые все это время вели уличные бои в Волобуевке [49, л. 247].

К 8.00, преодолев зону заградительного огня к востоку от Волобуевки, 1-й танковый батальон в составе 5 танков (1 Т-34, 3 Т-26, 1 БТ) занял огневые позиции южнее и севернее школы, откуда в течение дня вел огонь с места по огневым точкам противника западнее Волобуевки, тем самым поддерживая действия мотострелков и 3-го батальона 781-го СП [32, л. 133]. Наиболее отличился при этом экипаж легкого танка сержанта Вейсмана. Протаранив дом, он занял в нем позицию, откуда огнем из укрытия уничтожил 15 немцев и 1 орудие ПТО. При смене огневой позиции танк Вейсмана подорвался на минном поле в 300 метрах юго-восточнее школы, получив легкое повреждение гусеницы. Экипаж продолжал вести огонь из подбитого танка [32, л. 133, 135]; [50, л. 703].

Из числа мотострелков в этом бою наиболее отличились командир стрелкового взвода младший лейтенант Лев Велькес и комиссар роты младший политрук Алексей Мельник. Велькес гранатами забросал 1 ДЗОТ, где уничтожил 4 немцев и подавил огонь станкового пулемета, а затем гранатами забросал через окно находящихся в одной из хат 5 немцев. В этом бою Велькес был сначала ранен, а затем контужен разорвавшейся у его ног миной, после чего госпитализирован [97, л. 355].

Младший политрук Мельник гранатами забросал пулеметную точку и захватил ручной пулемет, а затем вместе с 2 бойцами гранатами уничтожил 4 немцев в одной из хат [97, л. 505]. И Велькес, и Мельник были награждены орденами Красной Звезды.



Не выдержав натиска советской пехоты, во 2-й половине дня 5-я рота 222-го пехотного полка оставила южную часть Волобуевки и отошла в ее северную часть, после чего в южной части села было захвачено 2 орудия ПТО, 2 пулемета, 4 автомата и 5 винтовок. Под влиянием этого отхода ранее оборонявшийся на северной окраине Озерово пехотный взвод 75-й пехотной дивизии оставил свои позиции и отошел в глубину Озерово, благодаря чему наступавший левее 124-й стрелковой дивизии 53-й стрелковый полк 81-й стрелковой дивизии наконец-то смог продвинуться между Волобуевкой и Озерово и к исходу дня овладел южной окраиной Волобуевки и северной частью Озерово [32, л. 135]; [51, л. 56]; [114, F. 1024]. Ранее не имевший продвижения правофланговый 2-й батальон 781-го стрелкового полка достиг центральной части Волобуевки и овладел мостом через Сажновский Донец [45, л. 27]. Переброшенные из Тетеревино и Сажное 2 пехотные роты 75-й ПД (по 2 взвода каждая) заняли оборону западнее Сажновского Донца [114, F. 1024].

В 14.30-17.30 14 немецких бомбардировщиков, действуя небольшими группами, атаковали тылы 10-й танковой бригады в районе Шахово, при этом бригада потеряла 9 человек личного состава (3 – убитыми, 6 – ранеными), 1 грузовик ГАЗ-АА с боеприпасами сгоревшим при прямом попадании бомбы, 1 трактор С-65, 1 штабной автобус. 1 грузовик и 1 радиостанцию РСБ подбитыми [32, л. 133, 134].

Во время этой бомбежки отличился командир телефонного отделения взвода связи роты управления сержант Николай Грачев. Когда от загоревшегося поблизости грузовика с боеприпасами загорелась машина с имуществом телефонистов, Грачев, не обращая внимания на взрывы снарядов стоявшего рядом грузовика, запрыгнул в машину взвода связи, вывел ее в безопасное место и потушил горящий кузов [91, л. 287].

В целом во время боевых действий 15 февраля 10-я танковая бригада понесла весьма значительные потери в людях и технике. Ее 1-й танковый батальон 15 февраля потерял все свои 5 танков: 4 танка (3 Т-26, 1 БТ) – подбитыми, 1 Т-34 – сломавшимся. За день было восстановлено 2 танка, но к исходу дня исправным оставался только 1 танк БТ. 2-й отремонтированный танк, скорее всего, сломался, [32, л. 134]. До утра 16 февраля, несмотря на отсутствие тракторов, с поля боя удалось эвакуировать 4 подбитых танка (в т.ч. 3 – из самой Волобуевки), и к утру в Волобуевке оставалось стоять только 2 ранее подбитых здесь танка (1 Т-26, 1 БТ) [52, л. 259].

В личном составе, по предварительным данным, было потеряно 65 человек (7 – убитыми, 58 – ранеными), однако это весьма и весьма неполные данные [32, л. 134]. В общей сложности в именном списке безвозвратных потерь 10-й ТБр за 15 февраля числится 22 убитых (командиры рот старшие лейтенанты Матвей Овчинников, Никон Усатый, командир взвода лейтенант Василий Аракчеев, командир танка старшина Семен Малыгин, завсклада красноармеец Миша Гуц, командиры отделений сержанты Петр Мешков, Хайра Шакиров, младшие сержанты Василий Олейник, Иван Шарумов, наводчики старший сержант Петр Бойко, сержант Всеволод Нечаев, шоферы красноармейцы Петр Архипов (прим. – умер от ран), Семен Логов, Иван Симак, пулеметчик младший сержант Тимофей Донсков, стрелки красноармейцы Николай Балакиров, Алексей Козлов, Анатолий Мервицкий, Иван Пожидаев, Владимир Симоненко, Константин Суржко, Федор Черныш) [2]. В целом представляется, что 15 февраля 10-я танковая бригада потеряла как минимум 80 человек личного состава (22 – убитыми, не менее 58 – ранеными).

Соседняя 124-я стрелковая дивизия 15 февраля потеряла 83 человека личного состава убитыми и ранеными [52, л. 259].

Сдача Волобуевки

Утром 16 февраля, развивая успех 2-го и 3-го батальонов 781-го стрелкового полка, в уличные бои в центре Волобуевки в районе моста был брошен из 2-го эшелона полка 1-й батальон 781-го СП, а 1-й и 3-й батальоны 406-го СП были выдвинуты из 2-го эшелона 124-й стрелковой дивизии к южной окраине Волобуевки [45, л. 28]. Со стороны немцев оборонявшаяся в северной части Волобуевки немецкая 5-я рота 222-го пехотного полка, по сведениям советской разведки, около 9.00 получила в подкрепление роту пехоты из Малиновки и взвод пехоты из села Сажное, после чего в 12.00 противник безуспешно контратаковал 781-й стрелковый полк в центральной части Волобуевки [32, л. 136].

10-й мотострелковый батальон с подчиненным ему 12-м истребительным отрядом совместно с 781-м полком оборонял и зачищал южную окраину и центр Волобуевки. Последний исправный танк БТ 1-го ТБ с 10.00 до 12.00 поддерживал мотострелков огнем, а затем из-за неисправности танка отошел на ремонт в Шахово, после чего в Волобуевке у пехоты уже не осталось танковой поддержки. Также за день удалось эвакуировать из Волобуевки последние остававшиеся здесь 2 подбитых танка (1 Т-26, 1 БТ) 10-й ТБр [32, л. 137]; [50, л. 703].

Тем временем из резерва 29-го армейского корпуса под Волобуевку был переброшен усиленный батальон 528-го пехотного полка 299-й пехотной дивизии (всего 4 роты пехоты; боевая группа Вебера) и 1-я рота 4-го танкового полка 13-й танковой дивизии, насчитывавшая, согласно отчету штаба 13-й ТД, 12 танков Pz.III [114, F. 1026, 1027]; [117, F. 722]. В 14.30 эти немецкие подразделения перешли в контратаку на Волобуевку. В 14.45 немецкие танки переправились через Сажновский Донец в Озерово, нанесли большие потери 53-му и 202-му стрелковым полкам 81-й стрелковой дивизии, отбросив их от Озерово в Чурсино, после чего ударили на Шахово, а после достижения южной окраины Шахово ударили с тыла на Волобуевку [51, л. 57]; [114, F. 1029].

Всего, по подсчетам штаба 10-й ТБр, в 15.30 на Волобуевку по общему сигналу при поддержке сильного артминометного огня и 20 самолетов атаковало до батальона пехоты с 15 танками: 5 танков – с востока, 3 танка – с севера, 3 танка – с запада, 4 танка – с юга. На танках находились десанты автоматчиков. Штаб 124-й СД отчитался, что атаковало до 2 рот пехоты с 12 танками. Находившиеся в Волобуевке оба полка 124-й СД, 10-й мотострелковый батальон и 12-й истребительный отряд, как и ранее полки 81-й СД, танковой атаки не выдержали и уже к 16.00, оставив Волобуевку, отошли в восточном направлении. Собственно 10-й мотострелковый батальон сначала отошел на восточную окраину Волобуевки, затем некоторое время вел бой в 1 км восточнее Волобуевки, а к 20.00 отошел на юго-западную окраину Шахово, откуда к 24.00 был отведен в село Красное Знамя. В течение дня батальоном было получено пополнение в 250 человек личного состава, но в бой они вступить не успели и на ход боя никак не повлияли [32, л. 137]; [45, л. 29]. В 18.25 немцы завершили зачистку Волобуевки, после чего бои здесь стихли [114, F. 1030]. В ходе этого контрудара немецкая танковая рота сократилась до 2 боеспособных танков (1 Pz.IV, 1 Pz.III), однако ни один из вышедших из строя танков не был потерян безвозвратно [114, F. 1030].

За день 16 февраля 124-я стрелковая дивизия потерпела тяжелое поражение, потеряв 382 человека личного состава убитыми и ранеными, не считая пропавших без вести [49, л. 255].

10-я танковая бригада в боях 15-16 февраля, по подсчетам своего штаба, уничтожила до 50 немцев [32, л. 137]. Общие ее потери в личном составе за эти 2 дня не известны. В ее именном списке безвозвратных потерь личного состава за 15-16 февраля числится 28 убитых, в т.ч. 6 убитых – за 16 февраля (командиры отделений старший сержант Семен Шестаков, сержант Михаил Козлов, минометчик младший сержант Николай Щетинкин, пулеметчики младший сержант Кузьма Макаров, красноармеец Анатолий Пчелинцев, стрелок красноармеец Петр Клейменов) [2].

После боев за Волобуевку 14 или 15 февраля в безвозвратные потери было списано 2 танка БТ, а между 19 и 21 февраля – еще 4 танка Т-26 [48, л. 54, 75-77, 115]. После повторного взятия Волобуевки в конце февраля 2 танка (1 Т-26, 1 БТ) были, по всей видимости, признаны пригодными к ремонту. Таким образом, всего в ходе боев за Волобуевку 10-я танковая бригада потеряла безвозвратно только 4 танка (3 Т-26, 1 БТ), которые были сожжены и разбиты артогнем в самой Волобуевке [50, л. 708]. Еще 2 танка БТ 14 или 15 февраля были отправлены на заводской ремонт в Воронеж [48, л. 54, 115].

В армейском резерве

В связи с тем, что по состоянию на 16 февраля 1942 г. 10-я танковая бригада растеряла все свои танки, штаб 21-й армии принял решение заменить ее вошедшей в состав армии 1-й танковой бригадой (прим. – с 16 февраля стала 6-й гвардейской танковой бригадой), а собственно 10-я танковая бригада на основании боевого распоряжения № 66/ш штаба 21-й армии от 16 февраля снялась с участка 124-й стрелковой дивизии и в 2.00-7.00 17 февраля была отведена в тыл на доукомплектование, расположившись в Александровке, Кураковке, 1-м Ново-Алексеевском выселке, а также в Новослабодке и Казачье [32, л. 138].

Здесь 10-я танковая бригада надолго не задержалась и к 8.00 18 февраля после ночного перехода на основании боевого распоряжения № 69 штаба 21-й армии от 17 февраля всеми подразделениями сосредоточилась в Новослабодке. Лишь ее ремонтная рота расположилась отдельно от основных сил – в хуторе Рындинка к востоку от Шахово, где совместно с 20-м ремонтным батальоном и экипажами танков производила ремонт неисправных танков. За 18 февраля было восстановлено 6 танков (1 Т-34, 2 Т-26, 3 БТ). Чуть позже, в 18.00 18 февраля, 10-й мотострелковый батальон из-за отсутствия свободных домов в Новослабодке перешел в находящуюся чуть южнее деревню Подсумки [32, л. 139].

К 8.00 18 февраля в Новослабодку со станции Новый Оскол на пополнение 1-го танкового батальона прибыло 8 танков (3 КВ-1, 5 Т-34), еще 2 танка (1 КВ-1, 1 Т-34) сломались в пути при переходе с пункта сбора в Новослабодку. Всего к исходу дня 18 февраля 10-я танковая бригада насчитывала в своем составе 14 исправных танков (3 КВ-1, 6 Т-34, 2 Т-26, 3 БТ) [32, л. 139]. Уже по прибытии танков в Новослабодку выяснилось, что у 1 танка КВ-1 нет насоса Альвейера для подачи топлива из баков при запуске двигателя. Из-за отсутствия насоса танк не мог быть отправлен в бой [32, л. 141]. Скорее всего, все танки КВ-1 (а возможно, и Т-34) прибыли в состав 10-й танковой бригады из капремонта.

Список источников (ссылок)

Tags: 10 ТБр, 13.pz.div., 21 А, 299.id, 75.id, ЮЗФ, г. Белгород, зима 1941/42 гг.
Subscribe

Posts from This Journal “10 ТБр” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments